Проклятие острова Разу

Харпер помахала учительнице, и та отпустила к ней Майкла.

– Это моя сестра! – гордо закричал малыш и с радостным визгом бросился её обнимать.

Девочка приподняла брата и покрутила его в воздухе, что вызвало особый восторг у его друзей.

– Какой ты стал тяжёлый! – проворчала она, возвращая мальчика на землю.

– Ага! Я ведь уже большой мальчик! – Он взял сестру за руку и повернулся к её подруге: – Привет, Дайо! А пошли к тебе в гости есть печенье? У твоей мамы самое вкусное печенье в мире!

– Майкл, нельзя приглашать себя домой к другим людям.

– Ну раз так, я сама его приглашаю, – рассмеялась её подруга. – Мама как раз собиралась опробовать новый рецепт, и ей нужен человек, который хорошо разбирается в печенье.

– Так это же я! – обрадовался малыш и облизнулся в предвкушении угощения. Ещё бы, ведь мама Дайо была самым настоящим шеф-поваром и часто готовила для банкетов.

Девочки взяли в руки велосипеды и повели Майкла к дому Дайо. Там Харпер обняла маму подруги, миссис Клейтон, подкрепилась своим любимым клюквенным печеньем с белым шоколадом и отправилась на кладбище.

Бросив велосипед у входа, она побежала прямиком к могиле Родерика.

– Родерик, ты здесь? – позвала девочка. – Родерик! Ты меня слышишь?

Она положила руки на холодный камень надгробия, закрыла глаза и сосредоточилась. Ничего. Родерик исчез так же, как и все остальные.

– Он мёртв, он не может тебя слышать, – раздался чей-то голос прямо у неё за спиной.

Харпер резко обернулась.

– Дочка, я часто вижу, как ты бродишь здесь, разговариваешь с надгробиями… – произнёс он приятным хрипловатым голосом. – Я не вмешиваюсь. У всех свои причуды. Но всё же зря ты это. Не на пользу это тебе, вот что я думаю. Общайся лучше со сверстниками, гуляй, веселись. Оставь ты этих мёртвых в покое.

И он ушёл, бормоча себе под нос что-то о том, какая странная нынче пошла молодёжь. Но Харпер не послушала его совета. Она опустилась на землю рядом с могилой Родерика и обхватила руками колени.

Но что страшнее всего, Роза пропала вместе с ними. И Харпер ничем не могла помочь своей самой лучшей подруге. Её глаза наполнились горячими слезами. Оставалась лишь одна надежда.