Живые клинки

Во-первых, есть хотелось уже нестерпимо, а во-вторых она была уверена, что домовладелица найдет причину не возвращать деньги, уплаченные вперед за три дня. Так что стоит насладиться комфортом, а заодно узнать местные новости и сплетни.

Перед ужином, как и приличествовало леди Вирата приняла ванну, надела свежее платье и спрятала свои выбритые виски за подвесками, украшающими скромный серебряный обруч. Пусть многие уже убедились в обманчивости внешнего вида новенькой студентки, но пока стоит его сохранить, решила девушка.

Побродив по общежитию во время отделки чердака, она убедилась, что между факультетами и курсами царит дух противоречий. Медики презирали некромантов, «оружейники» – магов, маги в свою очередь презирали и тех, и других, и третьих, считая себя лишь достойными высоких званий и длинных мантий.

Кроме того, был еще швейный факультет, куда принимали в основном детей торговцев, мастеровых и жрецов. Аристократы с великолепным презрением относились к кулинарному факультету, но охотно шли на «лошадников».

В общем Вирата решила помалкивать, пока не разберется во всем хитросплетении взаимоотношений студентов, поэтому к столу она спустилась за спинами накачанных девушек, и за столом не поднимала глаз от своей тарелки.

На этот раз ужин проходил весело – мужчины узнали результаты практики и радовались, как дети подкалывая друг друга. Только лорд Арвен сидел за столом молча. Его рука уже избавилась от повязки-косынки, но ладонь закрывала тонкая черная перчатка, а ложку он продолжал держать в левой руке.

Как ни старалась Вирата смотреть только на подаваемые блюда, ее взгляд частенько возвращался к сумрачному лорду. Интересно, отчего он так суров? Судя по словам его друзей и однокурсников лорд Арвен получил за практику не только высший бал, но и благодарственную грамоту от жителей городка, который студенты очищали от нечисти.

Лорд снова почувствовал ее взгляд и ответил мрачным тяжелым взором глаза в глаза. Глядя в эти темные зрачки, девушка вдруг вспомнила, что живет в аристократическом общежитии последний день, а разные курсы редко пересекаются даже территориально и не отвела взора.

Голубые глаза пересеклись с черными и сцепились в незримой схватке. Постепенно стихли голоса, перестали звенеть приборы, все кто был за столом уставились на лорда и девушку неотрывно глядящих друг на друга. Он бил ее своей болью, горечью, затаенными страхами. Она в ответ разила светлой печалью, любовью к семье и храбростью, граничащей с безумием.