Клетка для соловья

Клетка для соловья

Елизавета Соболянская

Если от судьбы (и бабушки) тебе досталось имя Секлетинья – это еще не повод опускать руки! А если твой отец – отвязный байкер, а твоя любовь – его лучший друг, есть повод вынуть из запасников характер и устроить мужчинам, ворвавшимся в твою жизнь незабываемое лето!

Елизавета Соболянская

Клетка для Соловья

Пролог

– Клеточка! – бабуля как всегда ласково окликнула внучку, – в школу пора!

– Иду! – Секлетинья Марковна Трауб подхватила рюкзачок с учебниками, поправила перед зеркалом высокий хвост и вышла на площадку перед домом.

Денек обещал быть жарким. Хорошо, что уже можно надеть босоножки и не таскать с собой куртку. Девушка поправила солнечные очки и двинулась по дорожке к выходу с участка. Вдруг ворота, которые открывались только с пульта заскрипели и отодвинулись в сторону. Клеточка остановилась, удивленно глядя на открывающуюся улицу. Там стоял мотоцикл, а на нем сидел парень в полной мотоциклетной защите и зеркальном шлеме! Мотор взревел, байк проскочил в щель, нарезал круг, объехав ошеломленную школьницу, остановился.

– Ты Секлетинья? – насмешливо и грубо спросил он.

– Я, – неуверенно ответила девушка.

– Скажи бабке, чтобы перестала с Каменскими заигрывать, иначе я перестану все это оплачивать! – заявив это, парень напялил шлем и унесся прочь, гудя мотором.

С красивой застекленной веранды выглянула бабушка:

– Клеточка, что случилось?

– Бабуль, тут байкер заезжал, ворота как-то открыл и сказал… Девушка сбивчиво передала слова незнакомца и удивилась тому, как побледнела бабушка.

– Сядь, Клеточка, – попросила она.

– Ба, кто это был? – сердито спросила внучка.

Она очень любит бабушку и не позволит всяким байкерам огорчать ее!

– Судя по всему это Марк, твой отец, – со вздохом призналась Маргарита Александровна.

Глава 1

Разве могла представить мама, что ее единственная дочь забеременеет в шестнадцать лет? Да еще от одноклассника?

– Состава преступления нет, – сказал ей унылый следователь, когда она притащила упирающуюся Милену в полицию.

– Что же делать? – растерялась Маргарита Александровна. Нет будь все немного иначе, она бы знала, что делать.