Талисман для виновного

Все!

Вылакавший сливки Хрюндель полез было в тарелку с копченой рыбой, но я его отогнал: мешать сливки с копченостями – последнее дело.

Марион долго молчала, покусывая палец.

– Лен, а ты помнишь, как они погибли? – выговорила она осторожно. – Арабелла и Алекс.

Я отрицательно покачал головой.

– Расскажите.

– Лучше не надо. Такой ужас…

– Тетя, мне двадцать три года. Вы могли бы щадить ребенка, но теперь-то – чего уж?

Марион свернулась на диване в уютный клубок. Зеленый костюм обтянул красивые бедра и коленки.

– Ну, если настаиваешь… Я тогда жила у Кристи, а вы – в доме, который купил Алекс. И бабушка с вами – наша с Арабеллой мать. Вы жили на берегу озера, считай – в лесу. Алекс работал лесным смотрителем. Там есть глухие места, и в них селился разный сброд. Может, Алекс кого обидел, кто-то зло затаил. Или маньяк забрел. Скорее всего, маньяк. Он вломился в дом и… – Тетушка сглотнула, словно в горле встал ком. – Он убил Арабеллу ударом о стену. Так швырнул ее… кровавое пятно осталось в полстены.

– А я?

– Тебя искали несколько часов. Нашли далеко в лесу. Ты видел все – и маньяка, и как он расправлялся с родителями. Но от потрясения ничего не помнил.

– Откуда известно, что я видел?

Тетка замялась и неохотно пояснила:

– На одежде остались кровяные брызги. Значит, ты находился рядом. В полиции говорили: надо попытаться снять амнезию, чтоб ты смог описать убийцу.

– Спасибо. Надеюсь, его поймали?

– Не смогли.

– А новые убийства были?

– Нет. Он исчез. Вероятно, удрал с места преступления и помчал через лес. А там болотца с окошками; он мог провалиться. Да его и не искали толком: собаки не взяли след. А когда привезли какой-то особо точный анализатор, в доме уже куча народу перебывала – полиция, соседи. Прибор тоже ничем не помог.

– Вы сказали, с нами жила бабушка.

– Мама сошла с ума. Он ударил ее; не так уж сильно, она просто упала и потеряла сознание. Но когда очнулась… бредила два дня, а потом умерла. Не от раны: сердце остановилось. Не спасли. – Тетушка отерла со щеки слезу.

Помолчав, я спросил:

– Так почему же вы не оставили меня у себя?

– Кристи был против. Я его тогда очень любила… и уступала во всем. Он был сильный, умный. Мечтал, чтоб мы поженились, хотел ребенка.