Пыль, пепел, кровь и песок

– Возможно.

– Толомео Альмена служил у меня больше двадцати лет! – Рийон знал своего подчиненного лично и мог поклясться, что изменником тот не был. – Он не оставил бы пост без веской причины!

– И все же он сделал это, – заметил Наследник.

– А что говорят подчиненные Альмены?

– Они выполняли приказ, в подробности их не посвящали.

– Я отказываюсь в это верить! – сощурился Рийон, сложив руки на груди. – Среди моих командиров нет предателей!

– А все-таки если предположить, что Альмена выполнял приказ, который, как он посчитал, исходил от одного из Аскуро? – предположил Орьен.

– Распоряжение могли привезти из Эбена или с Бастионов, – справедливо рассудил Трион и так понятное всем. – И подписано оно должно было быть либо Владыкой, либо Наследником, либо Альентэ. Никто иной не имеет полномочий отдавать подобные приказы.

– Да, – согласился Орьен, – но подпись, кому бы она ни принадлежала, могли подделать.

– Силы, кто?!

– Те, кому это выгодно. Сторонники ашесов или противники мира.

Рийон в задумчивости склонил черноволосую голову к плечу:

– Но зачем им убивать исполнителя, который действует по Уставу и выполняет то, что ему прикажут?

– Хороший вопрос! – согласился Орьен. – Возможно, чтобы скрыть следы. Мертвые уже ничего не расскажут, а вот живых еще нужно найти.

– Однако, уважаемые притории, один из них как раз стоит перед нами, – с любезной улыбкой напомнил Нааяр.

Рийон посмотрел на Чиаро. На лице Первого Воина не отражалось ни гнева, ни сомнений.

Тансиар лишь мимоходом коснулся правого завязанного платком запястья, и его рука сильнее сжала эфес. О да, полководцу рады дома.

– Кто еще так думает? – Тансиар отошел от трона и не спеша оглядел всех собравшихся в зале приториев. От Рийона не ускользнуло, что многие ежились под пристальным взглядом Первого Воина.

Знатные вельможи хмурились, пытаясь докопаться до правды, кто-то растерянно крутил головой, кто-то просто отводил глаза.

Зал утонул в безмолвии точно так же, как когда увидел алую звезду, воспарившую над клинком. Полководец принес своему народу победу, но полководец вернулся из плена противника, чего никогда и ни с кем не случалось раньше. Живой и, похоже, даже не раненый. Один.