Шахматный клуб

– Добрый день, Лаврентий Дмитриевич, – почти улыбнувшись, сказала домоправительница, – у нас для вас есть весьма приличное предложение. Приличное, потому что устраивает всех участников сделки в полной мере, не противоречащее здравому смыслу и по возможности закону, – своим обычным канцеляритом поведала ТТ.

Я не знал, что можно ответить и к тому же сомневался, что буду понят, если начну изъясняться простым русским языком, а не принятыми в правлении дома штампами, поэтому решил просто и добродушно улыбаться – наилучший, как мне казалось, вариант в данной ситуации.

Тем более, зная здешние порядки, я понимал, что от моего решения уже ничего не зависит.

– Вы знаете, что оставил нас Любомир Спиридонович, – женщина посмотрела на меня вопросительно, и я, сделав скорбным своё лицо, кивнул утвердительно, хотя понятия не имел, кто сей гражданин. Но собеседница, оценив мою реакцию как соответствующую, продолжила: – И перешёл он на сторону тьмы. В смысле стал муниципальным депутатом.

Говоря всё это, Тамара Трофимовна не сводила с меня пристального взгляда, и, похоже, мой нейтрально-придурковатый вид её вполне устраивал, поэтому она так же доверительно продолжила:

– Это его выбор, и я не могу его осуждать.

Но у нас остался неохваченным шахматный клуб. А это сами понимаете. – Я кивнул понимающе. – Никуда не годится.

На меня опять пристально смотрели два глаза из-за больших, немного затемнённых стёкол в дорогой оправе. Я не раз имел возможность убедиться в отличном зрении ТТ, но считал абсолютно нормальным тот факт, что человек таким образом создаёт собственный имидж.

Не понимая, куда идёт наш разговор, поскольку не знал никакого Любомира Спиридоновича и никогда не слышал про шахматный клуб, я кивал на заявления собеседницы часто и увлеченно.

Она же истолковала моё поведение как согласие и подвела итог встречи:

– Я очень рада, Лаврентий Дмитриевич, что вы согласились курировать наш шахматный клуб.

Только тут до меня дошло, что на моё свободное время покушаются, и наконец обрёл дар речи:

– Но я не играю в шахматы, – возразил я.

 – Совсем.

– Это мы тоже учитывали. Вот я, например, не умею строить и ремонтировать дома. Совсем. И что? – женщина дала мне время найти ответ на её вопрос, но пауза затянулась, и она предъявила свой: – И отлично справляюсь с обязанностями по управлению домом. А ещё я вот что скажу вам: то, что вы не играете в шахматы, – ваше преимущество, большой плюс.