Шахматный клуб

Что и подтвердила оставленная ею записка, в ней ТТ просила зайти, когда будет удобно, чтобы обсудить бытовые вопросы нашего дома.

Клочок бумаги не вызвал у меня никаких подозрений, пока из кухни не вышел Петрович, домоправительницу не любивший, не имея на то, по моему мнению, никаких оснований. Но для того, чтобы понять нюансы отношения Петровича к кому бы то ни было, стоит сначала познакомиться с самим Петровичем.

Если уважаемый читатель никогда не встречал настоящих домовых или считает, что их в природе не существует, а вот это зря, то пришло время мнение свое изменить: еще как существуют.

– Зачем приходила Омара Кальмаровна? – полюбопытствовал Петрович, заглядывая в записку.

– Очень даже милая женщина и хороший человек, – заметил я. – Ума не приложу, почему ты к ней так относишься.

– Все проблемы от хороших людей, – философски изрек Петрович и на мой удивлённый взгляд пояснил: – Вот если человек говно, то ты сразу знаешь, что от него ждать, и ты уверен: этот тип как минимум не лицемер. А вот чего можно ждать от хорошего человека, – неизвестно.

Может, он всю жизнь вёл себя хорошо, был вежлив и воспитан, не заводил кошек у себя в квартире, не делал часто ремонт, уважал своего домового, но всё это только с одной целью – подвести тебя в самый неподходящий момент. Вот уверен, что тебе какая-то бяка приготовлена этим посланием, помяни моё слово.

– Но бывают же хорошие люди, – возразил я своему оппоненту, который, на мой взгляд, запутался в своих умозаключениях.

– А так ещё хуже, – не сдавался он.

 – Это, я бы сказал, самое худшее: ты всю жизнь ждёшь, когда он подведёт тебя, следишь за каждым его словом, подозревая, что вот-вот он проявит свою сущность, а он раз…

– И что? – не выдержал я театральной паузы Петровича.

– … и оказался хорошим человеком. Получается, ты напрасно в нём сомневался. И значит, ты сам во всём виноват. А это, я скажу, такая боль и рана, когда понимаешь, что не на кого свалить свою вину.

Я, привыкший к вечному ворчанию Петровича, не стал возражать, только, как обычно, поправил:

– Тамара Трофимовна звать эту женщину.

– А я так и сказал – Тромбона Кларнетовна, – Петрович посмотрел виновато и поправился: – Ой, конечно-конечно, простите-простите. Кларнета Тромбоновна.

эпизод 2-й

Дабы не гадать, зачем я понадобился Тамаре Трофимовне, я решил наведаться к ней как можно скорее. Встретила меня хозяйка дома в нейтрально-положительном расположении духа, что означало высшую степень приязни.