Тварина

Не знаю, отчего это произошло, и долго ли я пролежал? – но, судя потому, сколько я потерял крови и что я перепачкал ею в беспамятстве, можно предположить – долго. И, наверное, тут бы и умер. Но… не умер. Меня выходила вот эта женщина, – показал на гостью рукой, держащей рюмку. – Ей я обязан жизнью. Поэтому прошу любить и жаловать эту чудесную женщину, как мою жену!

Гости устремили взгляды на чудесную женщину. Она же от смущения, как подобает невесте, слегка кивнула головой, опустив глаза долу. То есть на рюмку с водкой, стоявшей на столе, покручивая её за ножку.

Она сама предусмотрительно попросила наполнить сосуд водкой, ибо все остальные напитки туманили ей мозг, а водка в небольших количествах – наоборот, очищала. А лучше спирт, привычка ещё с военных лет, с госпиталей, в которых она воевала, – как говорила сама. Теперь присутствие незнакомой женщины стало для всех очевидной и понятной причиной. Как и "кипельно" белый наряд с белой розочкой на груди, и подобранный соответственно случаю и возрасту макияж.

– Так вот, дорогие мои дети и племянницы, принял я решение, вернее, приняли мы наше обоюдное решение – сойтись. То ись создать одну семью! – при последних словах его голос окреп, и глаза влажно поблескивали, затуманенные возрастной бледностью и волнением, граничащие с безумием, что вполне можно понять и оправдать в столь важный момент любого молодожена. Видимо, женитьба всегда сопряжена с умопомрачением. А тем более в переходный возраст, с седьмого на восьмой десяток лет.

Дети: средний сын Вадим, сидел, опустив голову, не проявляя никаких эмоций, к папиным чудачествам он уже попривык; дочь Татьяна, смотрела на отца с недоумением и тревогой. Оба они выражать свою реакцию на столь экстравагантное заявление не решались. Старший же сын Виктор пьяненько улыбался, готовый воскликнуть "горько!" и опрокинуть по такому случаю очередную рюмку. Однако его жена, видимо, от неожиданного заявления свёкра едва уловимо изрекла, как икнула: "Ой, Господи!" – и одёрнула муженька.

Апофеоз драматической сцены заключает в себе крики: иногда возмущения, иногда восторга. Тут, разумеется, – преобладало второе.

– И правильна!.. Что молодому, цветущему пропадать, ядрена мать!..

– Живите молодые на своё удовольствие!

– Желаем вам, на старости лет прожить остатние годочки счастливо.

– За счастье молодых!

– Ура-а! – молодым!

Начался процесс единодушного одобрения, с обниманиями и поцелуями.