Чуду не слабо

Свет отражался от снега, и это создавало впечатление, что времени гораздо меньше, чем на самом деле, поэтому парни не сдерживались, гоготали и баловались. Ольховский, конечно, берег басуху, а остальные шли налегке и отрывались.

Пока вдруг сверху не прилетела туфля и нехило так заехала по голове Лешему. Не будь на нем шапки и капюшона – точно бы сотрясение получил, несмотря на то что обувка особо массивной не выглядела.

Юзов сунул в рот два пальца и свистнул. А Вовчик быстро глянул, откуда прилетел «нелетающий объект».

Ого! Кажется, от Ники. Вот дают девчонки! Их девичник подобрался к той фазе, когда и море по колено? Неужели его соседка способна на подобный разгул?

– Это от Чудовой! – заявил уверенно. – Что ж, расценимнападение туфли на Лешего, как приглашение в гости.

Леший почему-то смутился, насупился, и так, не особо разговорчивый, сейчас и вовсе, будто язык проглотил.

А вот остальные только поддержали Вовчика. Тем более – торт же! Куплен! И даже с розочками!

Лифт, зараза, не работал: или выключили, считая, что в это время уже некому ездить, или сломался в очередной раз.

Седьмой этаж – не шутка, но радовало, что не шестнадцатый. Валька весь испыхтелся, на что Вовчик не раз сказал, что вообще-то Толстый сам напросился, а пошел бы к себе, поднимался бы только на второй этаж. Пожалуй, лишь Леший совсем не запыхался. Вроде не качок, просто коренастый, но он бы и на последний этаж, наверное, взошел играючи.

– Так! Я сейчас, – Вовчик, слегка задыхаясь, поискал по карманам ключи от общего коридора, открыл, потом закинул в свою квартиру басуху, и лишь после этого позвонил в квартиру Николь.

За дверью слышались девичьи голоса, какие-то вскрики, смех. Точно, развлекаются по полной. Наконец, отворили. Только почему-то не хозяйка квартиры, а Виолетта! Как всегда, со своей высокомерной улыбочкой.

– О! Ляхова, привет! Вы чего тут, с ума сходите? Так ведь и убить человека ненароком можно, – Вовчик вручил Виолетте туфлю. – А соседка моя где?

Ника выглянула сразу после этих слов, растерянная и, показалось, немного расстроенная.

– Мы не нарочно, Вов, – пролепетала огорченно. – Больно попало?

– Не мне, Чудова! У Лешего спрашивай! – Ольховский подтолкнул замешкавшегося друга вперед, тем более, все остальные особо не терялись и уже разувались на пороге, не ожидая особого приглашения. – Это Леха Волков, прошу любить и жаловать. Остальных знаете, думаю.

Подскочившие девчонки тоже принялись представляться.