Четыре лучшие истории о любви. Сборник

От папы – только цвет кожи, да непослушные кудряшки на голове.

– Все. Окей, же? Тут от меня гостинчик, в качестве моральной компенсации. Короче, я пошла, не буду мешать, – заключила Габриэлль, а потом вспорхнула к Толику и чмокнула, звонко, от души, а потом ушла, покачивая крутыми бедрами.

Оксану поразила эта детская непосредственность, с которой девушка все это провернула. Она бы так точно не смогла. Застеснялась бы, почувствовала себя неуклюжей коровой. А эта… Принцесса же.

– Толя, – Оксане даже пришлось позвать парня, уже с минуту таращившегося в дверной проем.

 – Ты знал, кто на тебя напал?

Он будто очнулся от гипноза или сна. Дернулся, глубоко вздохнул, и поначалу ответил вполне буднично:

– Нет. Просто налетели, придурки, я даже не понял, – а потом вспомнил, что вообще-то корчил из себя оскорбленного и снова поджал губы. – А это что-то меняет?

– Ничего.

А вот Оксане надоело обижаться. Она решила, после этой Габриэль, что разберется во всем, когда Толик выздоровеет. Тогда они смогут поговорить, без свидетелей, без этой не располагающей обстановки.

На равных. Потому что за собой девушка никакой вины не чувствовала. И чего там наговорил Пашка, с какого такого перепуга – она к этому никакого отношения не имела.

Оксана посидела еще несколько минут, пока не заглянула санитарка и не сказала, что время посещений заканчивается. Теперь уход уже не выглядел побегом. И хотя Толик продолжал дуться, девушка не чувствовала себя жертвой аварии. Даже нашла силы, чтобы небрежно чмокнуть его.

Разумеется, не так, как Габриэль, но все-таки. Тем более, никто из палаты особого внимания на странную парочку не обращал. Подумаешь, молодо-зелено, ссорятся-мирятся.

На улице снова накрапывал дождик. А зонтика не оказалось. Оксана добежала до остановки и решила, что сейчас поедет домой, примет горячую ванну и постарается выкинуть из головы все неприятные мысли, которые свили внутри змеиное гнездо.

– Девушка, дорогая, а какой автобус отсюда до Новомостовой идет? – дребезжащий голос, легкое прикосновение под локоток.

Оксана удивленно оглянулась. Рядом стояла парочка цыганок: постарше и помоложе. Обе в традиционных многоярусных юбках, цветастых платках, с яркой помадой на губах и бесячеством в глазах.

– Я не знаю, – она мотнула головой и отвернулась.

Но старшая настойчиво дотронулась до локтя:

– У тебя с парнем проблемы. Он с молодой, красивой связался, а на тебя свалить вину хочет. Обвиняет.

Сердце трепыхнулось.