Хук слева

– Владислав Сергеевич Шестопалов?

– Да, слушаю.

– Здравствуйте. Вас беспокоит следователь Ковров Геннадий Петрович, автомобиль марки БМВ M8 купе, цвет стальной металлик, государственный номер А135ОА, регион 177 вам принадлежит?

– Да, мой автомобиль.

– Числится в угоне?

– Нет, им управляет моя жена, в страховку вписана. – я начал терять терпение. – Да что случилось-то?

– Ваша супруга, Шестопалова Светлана Игоревна, верно?

– Да, – внутри меня всё похолодело.

– Ваша супруга, находясь в состоянии алкогольного опьянения, попала в дорожно-транспортное происшествие и была отправлена на карете неотложной помощи в Боткинскую больницу в тяжелом состоянии.

К счастью, больше никто не пострадал. Она на полном ходу въехала в опору моста на Третьем Транспортном Кольце. Вы должны приехать в ближайшее время в больницу, а потом связаться со мной для выяснения деталей дела.

– Я понял. Спасибо за информацию.

У меня потемнело в глазах. Моя Света попала в больницу в тяжелом состоянии. А если она умрёт? Как мне с этим жить?

Мы поссорились пару дней назад: я был в бешенстве от её вечных закидонов, и мы наговорили друг другу много гадостей.

И не виделись с тех пор. Что если она умрёт, и последние слова, брошенные ей в сердцах, так и останутся на моей совести?

Она сказала, что жалеет о нашем браке, что поняла, что не любит, что мечтает, чтобы меня прихлопнули на ринге, тогда не придётся быть стервой в глазах близких. А я бросил: «Смотри сама не сдохни, сука!» и ушёл.

Я осел на пыльный пол и схватился за грудь, ощущая странное сковывающее чувство в районе сердца.

Тренер и ребята обеспокоено кинулись ко мне. Они ожидали худшего: много парней свалились от инфаркта во время тренировок. Но им удалось привести меня в чувства.

Я не помнил дороги до больницы, не помнил встречу с близкими, в моей голове билась мысль, что это я один виноват в том, что произошло.

Дела обстояли очень плохо: многочисленные переломы, внутренние повреждения, серьёзная черепно-мозговая травма; Света была в глубокой коме, даже не дышала самостоятельно.

– Влад, мы должны отключить её, – утирая слёзы сказала мать.

– Мама права, – Володя заглянул в мое отсутствующее лицо. – У Светы двойной перелом позвоночника. Ты не хочешь для неё такого существования. Даже если нам повезёт, и она придёт в себя, не факт, что она будет по-прежнему собой. Но она навсегда останется инвалидом. Она просто не сможет так жить, и будет всегда винить тебя, что не отпустил её.