Душа дворянки

 – Только, пожалуйста, не приводи сюда больше никого. В следующий раз у меня точно случится инфаркт!

– Как вам будет угодно, – ответил Нестор, и прозвенел звонок с последнего урока.

Обычно уже спустя несколько секунд после этого звонка в классе не оставалось ни одного человека, но сегодня учебный день закончился иначе. К Нестору бросились с сотнями вопросов, на которые ему, по всей видимости, не очень хотелось отвечать. «Что это был за фокус с книгами, а? Кинь ссылку, откуда берёшь всю эту ахинею, которая так нравится нашей училке! Ты есть вконтакте или в одноклассниках? Как ты там записан? Дай нам свой телефончик, мы ведь теперь одноклассники!» – донимали его телохранители Стаса, однако разузнать контактные данные новой жертвы им так и не удалось.

– У меня нет ни компьютера, ни телефона, ни интернета, – спокойно и честно ответил Нестор, и мои одноклассники хором принялись утверждать, что такого просто не может быть.

– Да пусть завтра выпадет малиновый снег, если ты Гоголя видел и сюда приводил! – вдруг распетушился Карташов и, подобно Стасу, заложил руки за спину.

– С Гоголем он говорил! А Пушкина ты случайно не видел? – поддержал его Леготин и совсем как Ветров горделиво запрокинул голову.

– Многих доводилось видеть. Многих, – глядя на телохранителей Стаса как на несмышлёных детсадовцев, ответил Нестор. – И мёртвых, и живых. Не так уж и страшны мёртвые тела, как мёртвые души.

Он каким-то чудесным образом выбрался из окружения назойливых одноклассников и быстро скрылся в коридоре. Все толпою поспешили за ним, но так его и не догнали. Посмотрев в окно, я увидела, как между голыми деревьями, которые вновь облепились расшумевшимися воронами, мелькнул знакомый, старинного покроя чёрный плащ….

– Как тебе новенький? – задорно спросила у меня Лариска, когда мы вышли на улицу и почувствовали предзимнюю прохладу, которую разлил тоскливый ноябрь по узким улочкам туманного и бессолнечного Вяземска.

– Странный, – односложно ответила я, спускаясь следом за ней по разбитым бетонным ступеням бывшей духовной семинарии.

– Просто странный? Больше ничего? – насмешливо сощурила глаза Лариска, точно желая уличить меня в каком-то недостойном поступке.

На самом деле я чувствовала неугасающий, непреодолимый и необъяснимый интерес к нему.