Душа дворянки

Как это – я права, если…. – ошеломлённо переспросила Анастасия Георгиевна и схватилась за голову. – Да тише вы, одиннадцатый «А»! Быть этого не может, Нестор! Ведь Гоголь давно уже….

– Умер!.. – неожиданно для всех громко перебил её Нестор, и его глаза снова вспыхнули страшным фиолетовым пламенем. – Нет ничего глупее этого глагола, который обозначает конец, завершение, утрату, безнадёжность! Смерть – это перерождение, обретение другой сущности. Она не повреждает ни духа, ни души. Вы не поверите мне, но Николай Васильевич вас сейчас отчётливо видит и слышит.

– С небес…. Конечно же, с небес! – упав на стул, со слезами на глазах воскликнула шокированная речью новенького учительница.

– Нет, он намного ближе. Я привёл его с собой, – спокойно сказал Нестор. – Николай Васильевич, покажите, что вы здесь!

Недоверчивые одноклассники тотчас подняли оратора на смех, однако хохотать им пришлось недолго. Полки старого книжного шкафа затрещали, и на пол, чуть не задев меня, упала довольно толстая книга.

– Что это, Юля? Юля, скорее скажи! – дрожащим голосом спросила едва не обезумевшая от волнения и страха учительница.

– Это «Мёртвые души», – негромко ответила я, и с полок градом посыпались книги.

Весь класс повскакивал на ноги. Лишь Нестор остался спокойно и неподвижно стоять около своей парты.

Анастасия Георгиевна напрасно пыталась воспрепятствовать начавшемуся по какой-то мистической причине книгопаду: ожившие печатные издания били её по рукам, а их страницы, как безжалостные осы, жалили её пальцы.

– Боже мой! Боже! – крестясь, закричала она от бессилия, однако книги всё сыпались и сыпались с полок. – Да что же это? Боже, спаси и сохрани!

– Теперь вы верите? – медленно подойдя к ней, спросил Нестор.

– Верю! В бессмертие души человеческой верю! В Николая Васильевича верю! Только прекрати это, пожалуйста! – взмолилась учительница, и новенький охотно исполнил её просьбу.

– Довольно, пожалуй, – с этими словами Нестор поднял одну книгу.

В тот же миг обвал как по волшебству прекратился, но началось нечто не менее удивительное. Книги одна за другой взлетали в воздух и становились на свои места, словно кто-то невидимый бережно раскладывал их по длинным полкам. Через несколько минут шкаф уже выглядел так, будто ничего не случилось.

– Я ставлю тебе пять, – наконец, сказала ошарашенная Анастасия Георгиевна Нестору.