Четвертый эшелон. 1945

 – Кстати, – остановился он у самой двери, – понятые есть?

– А то как, – врастяжку сказал Никитин, – целых трое, сидят в комендатуре, трясутся.

– Ладно. – Игорь еле сдержал себя. Он вообще не любил Никитина за его полублатную манеру речи, за ненужное хамство, за нахрапистость. Но вместе с тем понимал, что оперуполномоченный парень хваткий, решительный и смелый.

Дверь открыла высокая женщина в толстом вязаном свитере, серой юбке и белых маленьких валенках. Из-под очков глядели на них большие изумленные глаза.

– Вы ко мне? – растерянно спросила она.

– К вам, к кому ж еще. – Никитин, оттолкнув Игоря плечом, шагнул через порог. – МУР, ясно? – Он вынул удостоверение.

Литовская прочла его и подняла на Игоря недоумевающие глаза:

– Отдел борьбы с бандитизмом?

– Да, Зоя Геннадьевна, мы именно оттуда. – Муравьев вошел в квартиру и сразу же увидел огромный коридор, весь уставленный стеллажами с книгами.

– Но я здесь при чем?.. Как это может быть? – взволнованно спросила Литовская.

– Ну, кто ты такая, это мы сейчас узнаем. – Никитин опять полез за папиросами.

– Потрудитесь вести себя вежливо, лейтенант. – Игорю хотелось взять Никитина за грудки и вытолкнуть на лестницу. – И перестаньте курить, это отвлекает.

– Слушаюсь, товарищ капитан, – так же врастяжку, без тени обиды ответил Никитин.

– Я старший оперуполномоченный отдела борьбы с бандитизмом капитан милиции Муравьев, вот мои документы.

Литовская поправила очки и, поднеся удостоверение совсем близко к лицу, начала читать.

– Да, слушаю. – Она вернула документ Игорю. – Чушь какая… милиция, бандиты… Вы не ошиблись?

– Нет, – сказал Игорь твердо, – может быть, мы поговорим в комнате?

– Конечно, конечно, проходите. – Хозяйка отступила, освобождая дорогу.

– Кто еще есть в квартире?

– Я одна.

– Останьтесь здесь, – повернулся Игорь к оперативникам, – если что…

– Понятно. – Никитин вынул из кармана пистолет.

Литовская с нескрываемым ужасом посмотрела на оружие.

– Это? – спросила она. – Зачем это?..

– Для порядка, – усмехнулся Никитин, – для полной, значит, расколки.

Игорь резко повернулся и так посмотрел на него, что тот немедленно спрятал оружие.

«Сволочь, – подумал Муравьев, – не человек, а музей пороков, ну погоди, вернемся на Петровку…» – Так куда мне пройти? – продолжал он вслух, обращаясь к хозяйке.

Женщина повернулась и пошла в глубь квартиры.