Сверхъестественное. Сердце Дракона. Неблагое дело. Война сынов

Настанет день, говорил он себе, когда он обретет должное и вполне заслуженное уважение и отправит Старика на свалку. Но пока он ему нужен.

Особенно учитывая происходящее…

Томми пригласил Старика в кабинет, расположенный прямо над рестораном «Восторг» на Пасифик-авеню, в Китайском квартале Сан-Франциско. И кабинет, и ресторан теперь принадлежали ему, Томми. Входя, Старик, как обычно, насмешливо хрюкнул. Когда-то это был его кабинет, и все тут выглядело по-другому: стены были увешаны китайскими картинами, повсюду стояли предметы китайской старины.

Но у Томми были другие вкусы, и когда кабинет достался ему, он заменил картины афишами фильмов «Бэтмен» и «Летальное оружие-2» и постерами групп РЕМ и «Враги народа». Он даже стены перекрасил.

Туристы привыкли, что в китайском ресторане стены должны быть красные с золотом, и отпугивать посетителей нельзя – по крайней мере, пока у них есть деньги. Но кабинет – дело другое, и Томми велел переделать его и оформить в темных тонах. Когда-то он читал статью, в которой говорилось, что темные стены нервируют людей, а Томми нравилось, когда в его присутствии нервничают.

Старик, как всегда, насмешливо обвел взглядом афиши и повернулся к Томми.

Белые, как бумага, волосы Старика были небрежно подстрижены под горшок, а у Томми – напомажены и уложены в модную прическу; на Старике была традиционная китайская одежда, на Томми – светлая трикотажная куртка с подвернутыми до локтя рукавами, а под ней – спортивная рубашка с высоким воротником.

– Смотрю, ты по-прежнему не уважаешь традиции…

Старик говорил это при каждой встрече с Томми – естественно, на мандаринском наречии.

– Традиции остались в Китае, а мы живем в Америке и должны следовать здешним правилам.

Усевшись напротив Томми в кресло для гостей, Старик продолжил на мандаринском:

– Надеюсь, ты пригласил меня не за тем, чтобы я опять сказал тебе, какой ты глупец.

Томии улыбнулся и, чтобы уважить Старика, перешел на мандаринский:

– Вообще-то, да, отчасти за этим, и мне это, пожалуй, даже нравится.

Старик презрительно фыркнул:

– Теперь тебе понадобился мой совет?

– Мне всегда нужен ваш совет, когда речь идет о серьезных вещах, – улыбаясь, заверил его Томми. Но тут же стер улыбку с лица: дело-то действительно было серьезное.