Белый Клык

– Три! – прозвучало в ответ, – А надо не меньше трёх сотен! Я бы им показал, где черти зимуют!

Он яростно погрозил кулаком в сторону мерцающих глаз, и принялся водружать свои мокрые страшные мокасины перед огнём.

– И когда уже эти проклятые морозы кончатся? – продолжил он, – Пятьдесят градусов, да пятьдесят вот уже вторую неделю. Не надо было мне втравливаться в эту авантюру! Мне, Генри, всё это очень, скажу тебе честно, не нравится! Не по себе что-то мне здесь! Скорее бы всем нам вернуться – и тогда дело с концом! Эх, сидели бы теперь у камина в Форте Мак-Гарри, играли бы себе в Криббедж! Знаешь, только здесь я понимаю, сколько бы я дал сейчас за то, чтобы сидеть у камелька.

Всё бы отдал за это!

Генри что-то забубнил себе под нос и стал укладываться на своё лежбище. Он уже подрёмывал, когда голос напарника поднял его:

– Скажи-ка, Генри… Меня вот что беспокоит… почему собаки не рычали и не кинулись на того, с седьмой рыбой?

– Ты сведёшь меня с ума, Билл! – последовал сонный ответ, – Что-то ты слишком нервный стал! Раньше за тобой такого не замечалось! Хватит пустой болтовни! Лучше постарайся выспаться! Выспишься – утром ни о чём таком даже не вспомнишь! У тебя наверно опять изжога, вот ты и куролесишь тут!

Мужчины спали, тяжко вздыхая, бок-о-бок, укрытые одним одеялом.

Огонь в костре умирал, и мерцающие глаза сжимались вокруг лагеря всё более тесным кругом. Собаки повизгивали, оглашая округу угрожающим рыком, это означало, что одна из пар глаз подобралась к ним слишком близко. Наконец их лай стал таким громким, что Билл перевернулся на другой бок и проснулся.

Он осторожно стал вылезать из лежбища, чтобы случайно не разбудить друга, и подбросил сноп хвороста в костёр. Пламя весело заплясало, и сжавшийся, как пружина круг жадных глаз отхлынул назад. Протирая невыспавшиеся глаза, он бросил взгляд на собак, потом почему то посмотрел ещё раз, более пристально и снова залез под одеяло.

– Генри! – зашептал он, – Ох, Генри!

Генри издал клокочущий стон из горла, и едва отходя от сна, прохрипел:

– Ну, что там стряслось?

– Ничего! – ответил второй, – Да только их теперь снова семь! Я сам проверил!

– Эта информация была встречена взрывом сонного бурчания, через несколько секунд плавно перешедшего в густой храп.

Услыша сигнал товарища, Билл тоже впал в сон. Утром он встал, и первым делом разбудил друга. Хотя было уже около шести часов, до рассвета оставалось ещё часа три.