Осколки

Наоборот, городской балагур отличался великолепным умом и сообразительностью настоящего сыщика, но на публике предпочитал строить из себя полного идиота – на такого никто внимания обращать не будет. Особенно стражники, ведь если бы бургомистр прознал, что он тайком расшатывает доски сундука с податью, а потом собирает с дороги монетки липкой подошвой своего сапога, то точно приказал бы отправить его на дыбу.

– Проводника, – выдохнул Никасим, и народ сразу же с интересом подался к нему. – Проводника поймали.

– Где?

– У ворот!

Я успела шмыгнуть за угол дома и утянула за собой Белку как раз вовремя. В следующую секунду весь народ, находящийся на площади, организованно ломанулся к воротам, поднимая в воздух чертову тучу пыли и вызывая чуть ли не вселенское землетрясение, а клерк, оставшийся далеко позади и угодивший под не вполне дружественные тычки руками и ногами, громко сыпал проклятьями на всю округу.

– Ого, – присвистнула Белка. – Даже и не думала, что наш дражайший церковник знает такие слова.

Я лишь усмехнулась. Зуб даю, она еще не знает, сколько денег этот «милый» человек тратит в местном борделе каждую ночь.

Она уставилась на меня своими голубыми глазами.

– Ну, идем мы или нет?

– В «Улицию»?

– Какую «Улицию», Ольха?! Ты что, оглохла или Никасима не слыхала? К воротам, к воротам! – теперь уже она взяла меня под локоть и потащила в ту сторону, где скрылись люди.

– Святая Райна, Белка, – вздохнула я, – мы-то что там забыли?

– Нет, ты точно сумасшедшая, Ольха.

Я покачала головой. Да и на кой черт мне сдались эти проводники? Папа всегда говорил, что от них одни проблемы, да и я не возражала, ведь тот, кто может безнаказанно убивать людей, просто не может быть хорошим человеком. Видимо, этот в чем-то очень провинился, раз его поймали.

– Вот и я о том же. Пошли!

Пока мы добирались до ворот, у них уже скопилось прилично народу, вот только на этот раз никто не толпился: все смиренно стояли в две линии вдоль дороги, образуя живой коридор до самого Каравая.

– Туда, – шепнула мне Белка, и мы проскользнули мимо хмурых стражников с алебардами, оказавшись в первом ряду.

– Что-то я здесь не вижу никакого проводника…

Я огляделась. На улице было тихо. Поразительно тихо.