Гримвинд, владыка сумерек

Когда Гримвинд развернулся, чтобы уйти, он услышал резкий крик Ларасади.

– Молю вас, не делайте этого! – жалостно молила она. – Они ведь были такими славными драконами! Может быть их ещё можно вылечить? Дайте им немного времени, чтобы прийти в себя!

– Те, кто по настоящему мог обуздать свою силу, – не поворачиваясь ответил дракон, – уже сделали это. Мне не хочется без причины убивать собратьев, но судьба распорядилась иначе. – После небольшой паузы он добавил, – Я пожелаю им за тебя спокойной ночи.

Когда он оказался уже у самой двери, он вдруг вновь услышал голос Ларасади у себя за спиной. На этот раз она говорила не с ним. И когда он обернулся, то увидел как она беседует с Дженой.

– Голодна? – тихо спросила она у девушки.

Та с некоторой грустью смотрела на серебряный поднос с едой стоящий рядом с драконицей.

– Нет…

– Но я вижу как ты смотришь туда. Вот, – Ларасади подвинула к ней поднос, – бери что хочешь и ешь.

– Но это ваше. Нам полагается совсем другое…

– Брось, я же не чудовище и не монстр.

Джена пару секунд смотрела вниз пустыми глазами. На серебряном блюдце у её ног лежала целая куча всевозможных яств и угощений. Среди них была частично обглоданная Ларасади жареная свиная туша, хлебные лепёшки и различные фрукты из далёких стран. Рядом с едой стояло несколько больших бутылей с вином и молоком, а также пара глубоких чаш, из которых драконы их лакали.

Девушка неуверенно наклонилась вниз и взяла в руки одну единственную лепёшку. Та была самой маленькой и неказистой из всей кучи. У Джены попросту не хватило совести выбрать что-то другое.

Даже после этого она перевела взгляд на Ларасади, безмолвно спрашивая у своей хозяйки ещё раз разрешение. Та подбадривающе кивнула ей. Тогда Джена начала медленно есть хрустящее тесто, тщательно пережёвывая и смакуя каждый кусочек.

Джена ела и молча плакала. Перед её глазами застыло воспоминание о родном доме.

Ларасади с материнской заботой погладила девушку по спине лапой и предложила ей отведать вина.

В крепости всегда было прохладно. Все рабы носили только то, в чём их сюда приводили.