Судья

Высокие потолки, арки, длинные коридоры, аудитории, люстры, фонари и везде портреты выдающихся выпускников. Дима крутил головой в разные стороны.

– Молодой человек, нам сюда, на здание потом насмотришься,  – подвёл к закрытой двери со сканером сетчатки глаза.

– Ого, современные технологии…

– Дима, ты что забыл, где находишься. Это же Бауманка, здесь технический прогресс на каждом шагу. Прибор отсканировал сетчатку глаза Виктора Алексеевича, внутри что то зажужжало и дверь приоткрылась.

За дверью была винтовая лестница вниз. Учитель алхимии первым начал спускаться, я за ним. Спустившись, мы очутились в огромном помещении, в конце которого висел на всю стену экран. Возле него стояла небольшая группа студентов, а преподаватель указывал им на экран, тихо рассказывая какую-то тему. По краям помещения располагались рабочие места студентов, стоящие казалось в хаотическом порядке.

– Это, чтобы не списывали,  – на ухо сказал Дзыга.

– Видел? Анти магическое покрытие стен,  – тихо шепнул Арс.

– Твои хранители правы, стены покрыты анти магическим материалом, под названием «циаскон», который препятствует как утечке магической энергии, так и проникновению. Кафедра называется банально – «светлое и темное». Здесь будешь познавать науки как светлой, так и темной магии. Пойдём, я тебя со всеми познакомлю.

Зал был метров пятьдесят в длину и метров двадцать в ширину. Пока шли, Дима рассматривал рабочие места студентов.

– Всем добрый день! – сказал Виктор Алексеевич. – Хочу представить вам новенького. Зовут Дмитрий, фамилия Скалеев, он будет учиться с вами, прошу любить и жаловать. Это,  – указывая на преподавателя средних лет с ухоженными усами и испанской бородкой,  – Идар Асветини, преподаватель общей магии.

– Виктор Алексеевич, спасибо за представление, с остальными я познакомлю сам.

– Я откланиваюсь, дела, дела, дела.

– Значит вас зовут Дмитрий. Рядом с вами молодой хулиган с зализанными волосами – Алексей Копылов – темный; дальше выглядывает из-за спины Алексея – домовой Селантий.

Он вышел из-за спины, кивнул головой. Домовых я никогда не видел и теперь смотрел на него во все глаза.