Дело Логинова

Так у нее в сумке – то все было бухло… Во дети пошли… Мы не такие были… Год назад…

Я отмахнулся:

– Резвятся…

– А Логинов? – поинтересовался Илья, сверкая огоньком и поглядывая в веселые от выпитого глаза новой подруги. – Уже бухой?

– Ага, – ответил я и затянулся сигареткой.

Тьфу, как хреново, как же оно чесануло горло! Но уже через миг этот «холодок» в гортани начал будоражить. Я по-шахтерски кашлянул (послышалось, что Настя чуток хохотнула при этом), но это не мешало дымить – замена кислорода табаком привела к легкому кайфовому головокружению.

Когда половина попутчиков уже перепилась вусмерть, в купе с Логиновым остались только я и несколько бойцов мужского пола, спящих богатырским сном на верхних полках. Мне не спалось, играл на телефоне в Cat Physics.

Логинов еще сидел в той же позе, в которой провалился в забытье, но его «подушка» уже давно умотала куда-то. Когда поезд очередной раз сильно качнуло, Коля долбанулся головой о стену и проснулся с коротким вскриком.

– О, Леша, здорово! Че мы там, скоро приедем?

Стоит признаться, что мы с Ильей довольно скоро, еще во время кампании, поняли, что с Логиновым можно говорить не слишком уж вежливо и серьезно. Это так мужская дружба крепнет – чем большие вы друзья, тем проще друг с другом.

Поэтому я ответил ему так, как считал единственно возможным:

– Ты спи, пьянь! Чего сидя спишь? Лег бы!

– Так я и не только сидя спал, – ответил дурак совершенно не сонным голосом, как будто он на семинаре выступает.

– Давай, расскажи мне еще раз, как ты спал стоя! – тихо пробубнил я. – Это такая свежая история! Я тебя щас вообще убью!

– Не серчай, друг… Чего ты? Нет, свежая история – это то, что мне снилось. Мне приснилось, что я – штабс-капитан царской армии, и в ножевом бою на крыше «Паруса» бьюсь с двумя дюжинами чернокожих вампиров-буддистов.

Как он эти свои сны запоминает? Ну как?!

– Где ж я так нагрешил-то?… Слушай, давай я в скорую позвоню? Тебя ж надо электричеством лечить, даун.

– Не надо. Давай лучше споем?

Вот снова – нужное время, нужное место! И кто его принес…

– Кто сказал про «споем»? – мелодичным голосом спросил Илья, заходя в купе с непонятно откуда взявшейся гитарой и устраиваясь возле окна.