Хроники несчастных

Тот в ответ кивает, искривляет губы в дикой ухмылке, причмокивает и вскидывает кнут на изготовку.

Я отскакиваю назад чуть ли не ударяясь затылком в стену. Всё также держу стойку, но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – равной битва не получится.

– Не переусердствуй, милый, – просит Аасма Августа и, взмахнув ладонью, разрешает ему приступить.

Тот в ответ надувает грудь, облизывая дыру в губе и наступает.

Вскидывает плеть.

В последние мгновения перед ударом, заорав на сколько хватило сил, я ору и прыгаю на него в надежде ударить.

Промахиваюсь.

Прыжок спасает меня от первого удара. Плеть пролетает в нескольких сантиметрах от лица и ударяется о матрас, с треском распарывая его.

То же самое будет и с моей кожей?

– Прошу вас, не надо! – взмаливается Аня, но никто кроме меня её не слышит.

Август от удивления выпячивает нижнюю губу, наблюдая за моим перекошенным от страха лицом, а потом подлетает и бьет кулачищем в переносицу.

Нос вдавливается куда-то меж глаз, в глазах фейерверком рассыпаются разноцветные точки.

Лишаюсь равновесия. На пошатнувшихся ногах прижимаюсь спиной к стене и сползаю вниз.

Больно.

Из носа течет кровь, лицо горит огнем, но что-то мне подсказывает, что это еще цветочки.

Снова взмах и вновь плеть взмывает в воздух.

Падаю на четвереньки и, поджав ноги, прижимаюсь всем телом к матрасу. Зажмурившись, закрываю лицо руками. Плеть вздымается еще раз и, хлёстко ударяясь о мое правое плечо, вгрызается в кожу.

Боль от удара настолько сильная, что глотка у меня от крика чуть ли не разрывается на части.

Плечо словно ошпарили кипятком.

Август еще раз заносит плеть, готовясь к очередному удару и встаёт в более удобную позу, широко расставив ноги. Чтобы эти самые удары получались сильнее.

Группируюсь. Нужно вести себя насколько это возможно достойно – не кричать как девчонка и не скулить как псина.

Аня кричит всё громче, умоляя Аасму остановить весь этот ужас, но та не реагирует.

Она наблюдает. Смотрит и получает удовольствие от моих криков и стонов, от этих ужасных звуков плети, вонзающихся в мою кожу.

Еще удар. По спине.

Кажется, сердце сейчас остановится. В глазах мутнеет.

Какое там достоинство? Меня скручивает изнутри так, что дышать становится просто невозможно.

Август шипит от переполняющего его удовольствия и снова бьет – теперь по пояснице.

– Хва-а-тит! Я пр… пр-р-рошу вас! – задыхаясь от боли, завываю я.