Метро 2033: Третья сила

– Жива она, понял, Самосвалище?! – рычал на Митю Самсонов, показавшийся из своей палатки. – Жива-а!

– А что, что тогда с ней?! – закричал в ответ поваренок.

Гриша опустил голову и тихо произнес:

– Не знаю… Но жива. Жива…

Версии рождались и тут же отметались. Из своих углов показались даже те, у кого рабочий день был в разгаре. Василий Васильевич Стасов с большим трудом вернул людей на фермы и к станкам. У больницы осталось человек пятнадцать самых любопытных, в основном знакомые Лены. Тут же крутился Митя Самохвалов.

Сюда же со своим раскладным стульчиком присеменила Ксения Петровна.

Полчаса спустя к людям вышел Иван Степанович Громов. Он появился на больничном крыльце, мрачный, страшно уставший, словно бы постаревший на несколько лет.

Все разом затихли.

Гриша Самсонов протолкался к самому крыльцу. В руках он мял и комкал свою красную ленту, приплясывая на месте от нетерпения.

– Елена жива. У нее сломана рука. Много ушибов. Тяжелейший шок. Но она жива, – начал говорить Иван Степанович.

Он через силу улыбнулся, но тут же снова помрачнел, как грозовая туча.

– Во время охоты возникли осложнения. Ничего больше я сказать пока не могу. Не имею права. Но знайте: я и Эдуард сделали все, что могли. Все, что могли.

– Да. И еще, – воскликнул Громов, видя, что люди опять заговорили все разом в полный голос. – Тихо! Не надо шуметь! Это просьба врачей. Не надо шуметь. Пожалуйста.

Иван Степанович ушел. Разошлись друзья и знакомые Рысевых. Через пять минут у дверей госпиталя остался только Гриша Самсонов.

Он все так же смотрел, не отводя глаз, на двери медицинского блока. Милиционер покрутился, покрутился рядом, но прогонять парня не стал, лишь буркнул: «Шуметь строго запрещено!». А потом даже стул вынес.

– Ты это… Садись, парень, – обратился к нему страж порядка, и, похлопав Самсонова по плечу, скрылся в дверях больницы.

– А Гриша-то, кажется, влюбился… – шепнула Ксения Петровна, осторожно выглядывая из-за угла.

– Хороший выбор, – переглянулись старушки. – Хорошая пара будет.

И детки крепкие вырастут.

Три дня Лену держали в помещении госпиталя. Все это время Гриша крутился рядом. Парень то интересовался, как состояние девушки, то просто сидел где-нибудь в сторонке, терпеливо ожидая новостей. На третий день к Грише подошел Святослав Рысев.

Сталкер постоял в сторонке, посмотрел на юношу, на его мощный торс, широкие плечи. Уважительно хмыкнул, увидев ромбик на рукаве, который нашивали тем, кто окончил школу на «отлично».