Танец меча

– Почему?

– Раз «союзник», значит, не свет. Дай Мефу волю, он создаст свой отдельный мирок и сам для себя будет определять, что хорошо и что плохо, что допустимо, что недопустимо… В чем-нибудь, пусть даже в пустяке, между Мефом и светом возникнет разногласие, и в этом зазоре начнется гнойный процесс. Ледник тоже не откалывается мгновенно. Все начинается с крошечной трещинки.

По стене пробежала устрашающая тень с лапами. Эссиорх вначале посмотрел на тень, а Троил сразу на плоский светильник, по которому ползла муха.

Эссиорх подумал, что именно в этом отличие генерального стража от рядового хранителя. Он видит следствия, а Троил – сразу причины.

– Давай навестим Улиту! Посмотрим, удалось ли ей добиться золотистой корочки. Вроде несложно, но на несложном чаще всего и прокалываются. – Троил спрыгнул с подоконника.

Эссиорх вышел с ним вместе. В опустевшую комнату скользнул темноволосый златокрылый и остался рядом с кроватью, на которой лежала сумка-чехол.

Троил не ошибся, говоря, что чаще всего прокалываются на простом.

Золотистая корочка стала уже темной гарью. Улита сидела за столом и, не глядя, что делают ее руки, упорно резала морковь. Отрешенное лицо выражало намерение перерезать всю морковь в мире.

Троил мягко отобрал у нее нож.

– Мне ничего нельзя поручить, – вздохнула Улита.

– Скажем так: ты делаешь все для того, чтобы тебе ничего не поручали. Это защитное, – весело поправил Троил. – Давай попытаемся еще раз. Позови валькирий! Всех не надо. Штучки три. Таамаг, Хаару и еще кого-нибудь.

– Среди ночи? Они меня прикончат! Можно, вместо Таамаг я позову Фулону? – забеспокоилась Улита.

– К Фулоне я мог бы послать курьера. Остальным же только пойдет на пользу, – настойчиво повторил генеральный страж.

Улита уступила.

– Так и быть. Рискну! Если что – не позволяйте Корнелию нести мой гроб. У него выпадет грыжа.

Бывшая ведьма встала, собираясь удалиться сквозь стену несколько парадным, но эффектным способом последовательной телепортации, давно известным на Лысой Горе.

Цокнув языком, Троил поманил ее пальцем и о чем-то негромко напомнил. Улита кивнула, не без сожаления покосилась на стену и сделала самую банальную в мире вещь: вышла через дверь.

Эссиорх встревожился, сможет ли она проскочить мимо грифона, но Троил, высунувшись, крикнул Корнелию, чтобы ее проводили. Корнелий, побаивающийся грифона, проявил хлопотливость, передавая приказ дальше по цепочке златокрылых.

Троил засадил Эссиорха чистить картошку.