ВАЛера

 – Как тебя зовут? – расспрашивает несчастный, совсем не уловивший моего молчаливого намёка.

– Валера, – я стараюсь придать своему голосу как можно больше металла. – Мы где?

– В каком смысле?

– Это чё за город? – нервно поясняю я.

– Москва.

Я киваю башкой несколько раз подряд, после чего драпаю с места. Общаться с представителем Азии у меня нет желания. Хотя он оказался самым полезным из всех тех, с кем мне уже довелось столкнуться.

Огонька я стреляю у другого прохожего.

Сидя на ступеньке под падиком, я наконец-то затягиваюсь, и… становится только хуже.

Башка кружится уже на третьей затяжке.

Полный разочарований, я отшвыриваю бычок и пихаю руки в карманы толстовки. Там я нахожу кошелёк.

В кошельке пару тысяч рублей, фотка какой-то тётки (я предполагаю, что это мать сучки, в которой я оказался). Я зарываюсь глубже в кошелёк и обнаруживаю там права.

Эта находка сослужила мне хорошую службу. Теперь я знаю, что девку зовут Валерия. Удивительное совпадение. Я даже начинаю думать, что это нихера не совпадение, а какой-то реальный стёб.

Но больше, чем то, что Валерия моя тёзка, меня впечатлило не это. Оказывается, Валерии двадцать пять лет. То есть это полудохлое тело с дряблыми мышцами, обожравшееся витаминами и никогда не державшее сигу в руках, старше, чем я. Мне становится смешно, и я позволяю себе заржать.

Прохожие ускоряют шаг, когда проносятся мимо. Наверняка думают, что я слетел с катушек. Мне и самому начинает казаться, что так и есть.

Насмеявшись от души, я резко бью себя по лицу ладонью.

Мимо плетущаяся бабка замирает от испуга. А я с закрытыми глазами сижу секунд десять, весь сжавшись, в надежде, что меня отпустит.

– Проститутка! – Гнусавый голос заставляет меня открыть глаза. Бабка ковыляет дальше и не сводит с меня глаз ещё секунд десять, пока ей не надоедает играть в шпиона.

Я морщусь от жаркой боли на щеке.

М-да уж, Вал, это конкретный попадос.

Поднявшись на ноги, я возвращаюсь в тот самый проклятый магаз.

На кассу я подхожу уже с корзиной, в которой лежит несколько бутылок пива, греча, куриное бедро и здоровый красный перец.

Мать всегда говорила, что до двадцати четырёх лет можно бухать безнаказанно и заправляться одними энергетиками. А что там после двадцати пяти – она не говорила.

Я считаю, что там, после двадцати пяти, жизни нет. Какая ж это жизнь, когда тебе приходится завязать с пивом и задумываться о фигуре, питании и здоровье.