Солнце Запада

Когда он вернулся в дом и поднялся на второй этаж, Вершинин, стоявший возле окна, спросил:

– Что ты делал в саду?

– Воздухом дышал. У вас прекрасный сад!

– Зайди в кабинет, – сказал Вершинин, стараясь не смотреть на него. – Я покажу тебе фильм, снятый на похоронах моей семьи.

Он нажал на кнопку пульта дистанционного управления – в углу включилась плазменная панель. Камера выхватила панораму городского кладбища. На экране мелькнули кроны вековых сосен. Донесся издалека голос священника, читавшего литию. Камера окатила бесстрастным взглядом толпу провожающих и замерла на трех гробах из резного дуба.

– Гробы закрыты, – нарочито спокойным голосом произнес Вершинин. – Моя машина – бронированная крепость. Но киллер придумал, как ее сжечь. Двери заклинило от нескольких взрывов, бензобак был поврежден, горючее вспыхнуло… Моя жена и дети сгорели…

На экране телевизора похороны шли своим чередом.

– Я так сочувствую вам, – сказал Плетнев. – Это безмерная потеря.

– Потеря, – эхом отозвался Вершинин.

– Это печально, – кивнул Плетнев, наблюдая за церемонией похорон.

– Печально, – на мгновение лицо Вершинина исказилось в страшной гримасе. – Ты можешь побриться, Сергей. В ванной все готово.

– Но вы говорили, что борода нужна для маскировки.

– Время игр закончилось, – сказал Вершинин. – Побрейся.

Как только Плетнев вышел из кабинета, он вытащил из кармана пистолет, передернул затвор, а обойму убрал в карман.

Прошло четверть часа. Плетнев не показывался. Запись похорон закончилась. В доме воцарилась тишина. Вершинин включил запись с начала и вышел из кабинета. Он знал, что даже в таком состоянии Плетнев сильней него. А если память к нему вернулась, то шансы Вершинина и вовсе равнялись нулю. Поэтому он сразу прошел в ванную комнату.

Плетнев сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Зеркало и бритва лежали в раковине.

– Вы меня убьете?

– Ты вспомнил? – вопросом на вопрос ответил Вершинин.

– Нет. Но я понял, кто я.

Вершинин протянул ему пистолет.

– В нем одна пуля, – сказал он. – Ты можешь убить меня или убить себя. Выбор за тобой.

– У меня нет выбора, – Плетнев посмотрел на него.

– У тебя его нет, – Вершинин усмехнулся. – Все это время ты жил в Новосибирске. Тебя привезли ко мне сегодня к обеду. Если бы я не устроил облаву на тебя, ты бы продолжал убивать. Убивал, а после этого жил как все. Не нужно обманывать себя, Сергей, ты – убийца.