Железный регент

В подробности вдаваться не буду, но расплата оказалась… мучительной. Детей кесаря невозможно узнать даже случайно, их лишили родовых имен и даже личные поменяли. И чары не работают – ни данов, ни фиров. Все дети сейчас ощущаются как родственники друг другу, но чужие – всем вокруг. А вот как определить истинного наследника, когда настанет срок возведения его на престол, богиня, по слухам, сообщила только нескольким людям. Насколько я понимаю, все это должно происходить как-то очень зрелищно, чтобы никто не усомнился и не смог поднять волну, будто бы кесарь ненастоящий.

– Ты так говоришь, как будто общение с богами – это повседневная рутина, – тихо хмыкнула я.

– Кому как, – Райд развел руками. – Я не из любимчиков богини и лично с ней не знаком, о чем совершенно не жалею, а вот про Ива и кое-кого еще могу сказать уверенно: они точно разговаривали с Идущей.

– Ты сейчас по-прежнему говоришь серьезно? – я состроила скептическую гримасу. – Ты утверждаешь, что он сумасшедший, но при этом уверен, что он в самом деле общается с богами? Наяву?

– Так ведь не только он, – рассмеялся он. – Дети кесаря тоже порой удостаиваются ее внимания, и некоторые другие высокопоставленные люди, и храмы свои она регулярно навещает.

– Допустим, – не стала спорить я. Особенной набожности мне родители не привили, и ко всем подобным вопросам я относилась недоверчиво, а ругаться с Райдом из-за такой мелочи не хотелось.

– Собственно, почти ответил. Так исторически сложилось, что Верхний дворец постепенно превратился из обычного дворца в своеобразную школу. Наследника и его свиту надо было обучать, причем всех – на одинаковом уровне, как будущих правителей, не выделяя кого-то конкретного, иначе смысл маскировки отпадал.

– Но тогда получается, любой из этих… детей может занять место наследника.

– Не передерутся, не волнуйся, об этом тоже позаботились. Ты будешь слушать или будешь перебивать? Так вот, постепенно в Верхнем дворце собралось множество учителей. В некоторых из детей обнаружилась Искра, в других проявило себя Железо. Опекуны старались развивать таланты воспитанников, будь то способности художника, математика или прирожденного политика.