Вишнёвые рассказы

На всякий случай в кармане плаща лежит шокер, с ним спокойней.

Прохлада бодрит, начинаю видеть яснее, без размытости по краям. Становится немного легче, ускоряю шаг.

Внимательно смотрю по сторонам, прислушиваюсь. Стараюсь не вспоминать, но каждый дом, с выбитыми стеклами, напоминает о случившемся. Хорошо, что на моём пути их осталось только пятнадцать, надеюсь, эти тоже починят. Накатывает странная смесь страха, стыда и облегчения.

Если меня спросят, как это было на самом деле, смогу ли я рассказать? С чего начать?

Сначала было аномально жаркое лето, минимальная температура на планете была пятьдесят градусов по Цельсию, максимальную боялись назвать.

Кто виноват? Озоновые дыры, эксперименты учёных с погодой? Неважно. Мы жарились в настоящем пекле, прятались дома с кондиционером, думали, что вот он ад на земле, но выжили. Не все конечно, но большая часть. Нашей семье повезло, мы тогда потеряли тогда только двоих.

Не буду рассказывать, как таяли ледники, как они затопили ближайшие страны, города.

Потому что не это самое страшное.

Когда через три месяца жара магическим образом спала, казалось всё уже позади. То, что урожая нет, никого не волновало. У нас были консервы, мясо, заготовки круп с прошлых лет, хватало на всех, даже "Ксантиндокса", на котором все уже сидели плотно. Но время шло, припасы кончались, хорошо хоть новых катаклизмов не предвиделось. Земля восстановилась, и через пять лет выросло всё, кроме того, что из чего делали "Ксантиндокс".

За год израсходовали почти все запасы, синтезировать в больших количествах не успевали.

Учёные пытались создать суррогат, но они разучились делать это синтетическим путем, вещество получилось слишком слабым.

Началась ломка. Люди стали агрессивными, злыми, начались беспорядки. Они крушили всё вокруг, чтобы достать себе новую дозу. Синдром отмены стёр все рамки, было уже не до этики и морали. Грабили своих же родственников, друзей. Выходить на улицу было опасно.

Добравшись «Лишённые» не знали меры, от передозировки их сердце не выдерживало, они умирали в муках.

Через полгода, к тому моменту, как агрессия сменилась ленью и апатией в живых осталась половина. Город разрушен. Ксантиндокса всё ещё не хватало на всех, но теперь его реально было достать, пусть не всем и в небольших дозах.

***

Вот я и на месте. Около магазина курит охранник, пристально разглядывает меня, но ничего не говорит. Дверь поддаётся с трудом, сил практически нет. Мужчина делает вид, что это не его дело.