Вишнёвые рассказы

В голове всё крутилось навязчивое: «Это она? Это, правда, была она?» Даже при свете дня меня не покидало липкое и мерзкое чувство. Что это было? Сон или явь? Страшно хотелось вернуться домой, но я проделал такой путь, чтобы сходить на могилу к матери. Может, всё, что было ночью, привиделось? Слишком много думал о ней, и вот приснилось?

Остановился лишь, когда запыхался и выбился из сил. С трудом пересилил себя, купил гвоздик и отправился на кладбище. Не помню, долго ли добирался, как в тумане. Кондуктор в автобусе спросила, всё ли в порядке, я лишь рассеянно кивнул головой.

Вот я и на месте. Сел на скамейку около памятника. Боялся, но всё же посмотрел на фото и неожиданно для себя заплакал. Как плакал десять лет назад.

Прошетал: «Просто я так по тебе скучаю». Мне стало легче, напряжение спало. Я ещё немного посидел, убрал мусор и засобирался домой.

Пока шёл к выходу, обратил внимание на один памятник. Меня обдало ледяным холодом. «Крещенская Мария Игнатьевна» – и эти ярко-голубые глаза.

Ксантиндокс

Мелодия «Magic moments» играет по второму кругу. Когда-то она была моей любимой, но не стоило ставить её на будильник. Нащупываю телефон под подушкой, выключаю музыку. Сейчас главное не уснуть, это самое сложное. Каждое утро жалею, что не потратила сбережения на умный дом, с ним пробуждение было бы гораздо проще.

Несколько глубоких вдохов помогают прийти в себя. Медленно сажусь, одной рукой держусь за подлокотник дивана. Голова привычно кружится, тошнота подступает к горлу, но это уже не пугает.

Снова пытаюсь сосредоточиться на дыхании, картинка перед глазами становится чётче. Решаюсь встать.

Неловко переступая и покачиваясь, бреду до выключателя. Я привыкла и почти не спотыкаюсь, а, поначалу частенько падала и разбивала коленки.

На сборы уходит вечность, точнее час. Стандартно душ, завтрак. Мне всегда трудно справиться с обувью. Мысленно благодарю людей, которые изобрели рожок и кроссовки с автоматической шнуровкой.

Не приходится наклоняться, значит, не будет очередного головокружения. Не перестаю зевать. В зеркало стараюсь не смотреть, знаю, что без макияжа выгляжу ужасно, знаю, что это поможет не привлекать лишнего внимания. Так надо.

От моего дома до магазина, где продают "Ксантиндокс" всего лишь пара миль. Можно поехать на машине, но боюсь уснуть прямо за рулем. По тёмной улице идти страшно, надеюсь, что всех, кого стоило бы бояться ещё спят, а другим я не интересна.