Борщевик шагает по стране

Первое – это чувство искренней благодарности, а второе – чувство некоторого недоумения, ведь мы были так мало знакомы, а эта женщина вдруг ни с того ни с сего решила, что может кричать, когда я моюсь. Я аккуратно вытер тело и оделся. Наверное, все же следовало с ней обсудить, что подобное поведение не совсем приемлемо, иначе, вполне возможно, она сможет запросто подходить к моей двери и вешать на ручку чистые трусы.

– Проходите, прошу, – сказала Людмила, указывая рукой на кухонный стол, где в коричневой плошке была какая-то мазь, – давайте я осмотрю вас.

– У меня все в порядке, – сказал я, – просто устал сильно.

– Вы очень бледны, – сказал она, подойдя ближе и коснувшись лба. – Поверьте, я знаю, о чем говорю и, похоже, у вас температура.

– Это все от усталости, – повторил я, чувствуя, как начинает раскалываться голова. – Надо просто выспаться.

– И все же вам надо помазать хотя бы шею, грудь и запястья. Это необходимо, иначе завтра пойдут волдыри, и вы не сможете продолжить вашу работу.

Я понял, что спорить бесполезно.

Ведь в глазах этой женщины светилась такая забота, казалось, любой аргумент просто растворится в этом глубоком океане волонтерской помощи. К тому же я у нее жил, а искать новое жилье лишь по причине нежелания избавиться от ожогов – крайне глупо.

Подставив возможные пораженные участки, я не без удивления заметил, как ловко и четко она начала их обрабатывать, словно занималась подобным каждый день.

– Я раньше постоянно помогала мужу, – как бы подслушав мои мысли, заметила Людмила, – он часто сталкивался с этим растением.

– А чем он занимался?

– Фермерством. Хотел устроить здесь небольшую кукурузную плантацию, только вот не совсем рассчитал силы.

– То есть?

– Нам продали землю, полностью покрытую борщевиком, точнее – его семенами. Когда мы приехали в первый раз, этих растений не было, а потом все поле было буквально покрашено в белые цвета.

– А почему вы не убрали его? Есть же специальные бригады. Они могли бы помочь вам.

– Это дорого.

Муж и так вложил все средства в это земледелие. Даже кредит взял. Только вот не сложилось. Одно дело быть хорошим хирургом, другое – фермером.

– Так он был врачом?

– Как и я. Я раньше работала дерматовенерологом.

Я попытался повернуть голову, но не получилось. Людмила хорошо зафиксировала мою шею.

– Скажите, а вы не знаете, чем он мог бы заниматься на Бледной поляне?

Ее руки на мгновение замерли. Примерно как тогда на кухне, когда она мыла посуду.