Больница Арчибальд. Записки психиатра

Больница Арчибальд. Записки психиатра

Даниил Заврин

Выносить правильный вердикт всегда сложно, а выносить душевнобольному вдвойне. Но доктор Вудс лучший в своем деле, а потому берется за самых сложных пациентов, порой идя наперекор общественному мнению. Художник Борис Грох.

Один против всех

Доктор Джеймс Вудс привычно положил папку. В этот раз он устал больше обычного, но, даже несмотря на это, был как никогда внимателен и учтив.

– То есть телевизор был особенно говорлив? – спросил он, вглядываясь в лицо пациента.

– Да, все время болтал без умолка.

– Мы же говорим о том времени, когда он был выключен из розетки, так?

– Ну да. А какая, собственно, разница? – изумился Пиркейт. – Это роли не играет.

– Это мне для истории болезни, – ответил доктор, – вы продолжайте.

– А что продолжать, он болтал и болтал.

– Но в ваших показаниях фигурирует еще несколько предметов, и, кажется, вы дали им имена.

– Не дал, а они сами взяли, – поправил доктора Пиркейт, – я имена не даю.

– Согласен. Но вот, например, что касательно некоего Тодда. У меня написано, он вас раздражал.

– Ну, конечно. Вечно сморозит какую-нибудь глупость, да и сам по себе пустой. Не о чем говорить.

– Значит, давайте по порядку. Макс – это телевизор, Тодд – это холодильник, мисс Перкинз – плита, и Гудини – это тостер.

– Можно и так сказать. Но это не полный список.

– Его пока хватит. И со всеми, кроме Тодда, у вас были хорошие отношения?

– Да. Отличные.

– Хм. Но идею о похищении предложили не они.

– И да, и нет, это совместное решение, – Пиркейт заложил руки за голову, – жаль, конечно, что все так вышло. Но что поделать.

– Суда еще не было. Так что спешить с выводом не стоит.

– Это неважно, поверьте. Меня все равно закроют. Я ж не сумасшедший, чтобы это не понимать, – усмехнулся Пиркейт.

Доктор чуть опустил голову и внимательно посмотрел на Пиркейта поверх очков:

– Понимаю, но все же важно, кто именно одобрил эту идею.

– Тодд. Как я говорил. Он самый отмороженный.

– Любопытно. Но вы пока не назвали главного вашего друга.

– Док. Да я понимаю, к чему вы клоните. Но я уже сто раз говорил. Икона – единственная вещь в доме, которая молчала. Сколько я с ней ни начинал говорить. Это самый молчаливый предмет. Уж мы и так, и этак, и коллективом. Ну не хочет, хоть убей.

– И поэтому вы решили организовать похищение?

– Да. Потому что она всегда молчит. А ведь известно, что бог плохое не любит.