Башня

Во-первых, это лошади, которых сменить можно лишь с утра, во-вторых, ничего не мешает ехать завтра днем, так как все ведьмы, если они и есть, теряют силу обычно именно в это время, в-третьих, он уже обогрелся и просто ленится выходить в темный холодный лес. А в-четвертых, чего, конечно, сам старик никогда не скажет, он просто боялся всякой чертовщины, хотя в обычных сражениях равных ему не было.

– Самое главное, господин, даже не во внешности, – еле раздвигал губы Григорий. – Самое ужасное – это её голос, мягкий и успокаивающий.

Он как бы манит вас, и стоит вам хоть на минуту ему поддаться, всё, вы пропали.

– И ты ему не поддался? – подозрительно прищурился Александр.

– Конечно, нет, я с ведьмами всегда держу ухо востро, – молниеносно выпалил Григорий и рухнул лицом в тарелку с овощами.

– Кажется, готов, – удовлетворённо сказал Людвиг, отпив немного пива.

Александр молчал. Он вспоминал ещё одну историю о башне, в которой вместо ведьмы есть заколдованная принцесса, расколдовать которую может лишь поцелуй.

Ни драконов, ни великанов, ни чудовищ, лишь спокойствие старых камней и тишина царственного леса, жадно хранящего свою жемчужину.

Нет, он всё же поедет туда завтра. И тут дело даже не в страхе перед колдовством, ведь, что бы там ни сидело, вряд ли оно сможет противостоять двум рыцарям в полной экипировке, да к тому же освещенными самим Папой. Просто он и сам был не против выспаться – как-никак, уже две ночи без сна.

– Постелите ему в комнате рядом с моей, – сказал Александр трактирщику, положив на стол золотую монету.

 – И проследите, чтобы с утра он был вымыт и свеж. Не хочу, чтобы от него также воняло псиной. А ты проследи, чтобы он не нажрался. Он мне свежий нужен.

После этих слов принц поднялся и пошёл наверх. Людвиг, проследив за ним взглядом, лишь тихо вздохнул. Затем, повернувшись к Григорию, треснул его по затылку, да так, что треснула тарелка. Пьяница тихо охнул и провалился в ещё более крепкий сон, избавив Людвига от ненужной слежки.

Глава вторая

Ужас, смрад, огромная голова – вот, что преследовало Григория, пока он бежал к воротам деревни, перед которыми он затем споткнулся и упал, закрыв лицо руками.

Не в силах пошевелиться, он почувствовал, как по его телу разливается страх, прижимающий его к земле.

А затем он услышал голос. Нежный, мелодичный, зовущий. Медленно поднявшись на непослушных ногах, он снова развернулся к лесу. Ведьма! Это она, это она звала его к себе, чтобы сожрать.