Любый

Любый

Алёна Андриянова

Любый

Льдинки глаз. Огонь волос. Единственное, что она могла вспомнить из тех снов, что время от времени нарушали её покой.

Холод за окном. Холод в душе. Холод на сердце.

Сидевшая у грубо сложенного из приозёрных камней камина молодая женщина зябко поёжилась. Метель угнетала её. С тех пор, как несколько лет назад в такой же метели сгинул её муж, с лица Хэльги исчезла улыбка. Будь у них ребёнок, может и легче бы перенеслась потеря, но не успел наградить её благоверный семенем, способным дать новую жизнь.

Женщина поднялась со скамьи и медленно подошла к окну. Метель… Был уже конец февраля и, по словам встревоженных стариков, такое поведение погоды выглядело ненормальным. «Жди беды!» — говаривали они…

Вечерний сумрак нагонял тоску. Каких-то особых дел на вечер по дому не было, а потому Хэльга решила вновь вернуться к камину. Подкинув в огонь ещё пару поленьев, она по-стариковски тяжело опустилась на неприветливо жёсткую скамью. Бездумное созерцание мерцающих языков пламени — не самое лучшее, но и не самое худшее времяпровождение.

Ещё один день, наполненный пустотой и холодом, прошёл, впереди была ещё одна ночь с такими же пустотой и холодом.

Заглядевшись на пламя, Хэльга не увидела мелькнувшую за окном тень, а потому тихий стук в дверь заставил её вздрогнуть. «Кого бы это могла привести ко мне непогода? — недоумённо подумала вдова, — Или показалось?» Она было двинулась к двери, но остановилась в ожидании нового стука. Однако ничего, кроме стука собственного сердца, женщина не услышала.

И всё же, повинуясь какому-то необъяснимому порыву, отодвинула тяжёлый засов и распахнула неприятно скрипнувшую дверь. Никого… И никаких следов ни на крыльце, ни ведущих к дому или от него. Хэльга постояла с минуту на порожке, позволила колючему снегу облепить и остудить разгорячённое огнём лицо. Потом вернулась в дом, аккуратно прикрыв за собой дверь. Стряхнула с платья остатки лениво тающего снега, не желая нести слякоть в горницу… И замерла.

У камина, на её скамье сидел молодой мужчина, и Хэльга поймала себя на мысли, что не удивлена. Её не удивили ни внезапное появление незваного гостя, ни его не по погоде одежда. Весь костюм таинственного незнакомца составляли холщовая рубаха свободного кроя да лёгкие штаны. Сапог на нём не было, но босые ноги, казалось, совсем не пострадали от февральской стужи. Незнакомец отвёл взгляд от огня, потом легко встал и уважительно поклонился хозяйке дома.