Плата Харону. Океан ненависти. Сколько стоит миллион

Наконец Кузнецов не выдержал:

– Надеюсь, вы еще не начали свой допрос? Или подобная томительная процедура входит в ваши планы?

– Нет, просто даю вам время успокоиться, – холодно заметил Дронго. – Но если вы хотите, можем начать. Скажите, когда вы впервые узнали о том, что Блумберг собирается исчезнуть?

– Не помню. Может, месяца два назад. Или месяц. Не могу назвать точной даты.

– Но он беседовал с вами по этому вопросу?

Кузнецов достал сигареты.

– Я могу курить? Или, как на официальном допросе, должен спрашивать вашего разрешения?

Дронго кивнул.

– Он давно собирался отойти от дел, – задумчиво сказал Кузнецов. – Мы несколько раз об этом говорили с ним. После известных политических событий, когда президент убрал одного из своих фаворитов и поставил вместо него другого. Блумберг был в опале. К нему начали придираться, проверки шли одна за другой. Его перестали приглашать на официальные приемы, как бы подчеркивая изменение его статуса. Ну, вы сами знаете, как это умеют делать.

Кузнецов закурил. Подвинул к себе пепельницу.

– Несколько месяцев назад Сергей Леонидович сам сказал мне, что ему пора уходить. А когда в Самаре из-за пустяковых нарушений закрыли наш филиал, он позвал меня к себе и сообщил, что твердо намерен передать мне банк.

– И как вы отреагировали?

– Удивился. Попробовал его отговорить. Но он твердо стоял на своем. Сказал, что ему достаточно того, что он сделал. Ссылался на то, что ему уже полагается на покой, чтобы не повредить банку, дело всей его жизни.

– Вы не хотели стать президентом?

Кузнецов задумался и осторожно сказал:

– Я бы этого не утверждал. Наверное, хотел. Но я не стал бы из-за этого убивать Блумберга, если вы намекаете на мою маниакальную страсть занять пост президента.

– А вот один человек из окружения Блумберга говорил мне, что вы прямо спите и видите себя на этой должности.

Олег Михайлович покачал головой. Поправил очки.

– Догадываюсь, кто вам это сказал. Наверняка, Лариса. Она меня почему-то все время ревновала к Блумбергу.

– А вы пытались?

– Честно говоря, да. Мне не нравилось присутствие этой особы в нашем банке. По моему глубокому убеждению, связь с ней компрометировала Сергея Леонидовича. Она была слишком независима в своих взглядах и суждениях.

– Вы думаете, они были близки с Блумбергом?

Кузнецов потушил сигарету.

– Не будьте наивны, – засмеялся он. – Они были близки все время.