Потрошительница

Петька ничего не ответил и подошёл к шкафу.

– Ну, и долго ты собираешься сопли жевать? – спросил властный мужчина.

– Подожди, – проскрипела старуха, – дай мальчику немного подумать.

– Он так до утра будет думать, – презрительно сказала надменная женщина.

Юлька решительно оттолкнула Петьку, схватила первое, что подвернулось – небольшой серп на длинной рукояти и подошла к креслу.

– Молодец, девочка, – похвалила старуха.

– И что ты будешь делать дальше? – спросила надменная женщина.

Парень в кресле испуганно посмотрел на Юльку:

– Прошу, не надо! Я ведь не сделал тебе ничего плохого!

Из-под маски он мог видеть только её глаза, но даже этого было достаточно, чтобы понять, что девушка напугана собственной решимостью.

– Не надо, не надо, – с жаром зашептал он, – прошу тебя!

Юлька подняла серп, намереваясь вонзить его с размаха, но, передумав, отшвырнула его в угол и, опустившись на корточки, зарыдала:

– Я не могу, я не могу…

– Слабачка! – фыркнула надменная женщина.

– Может, этот милый мальчик лучше справиться? – спросила старуха. – Возьми серп, мальчик!

– Мне скучно, – пожаловался один из зрителей.

– Сами хотите на его месте оказаться? – с угрозой в голосе спросил властный мужчина.

Петька поднял серп и отдал его Юльке.

– Давай, раз начала.

Юлька испуганно посмотрела на него, но серп не выкинула и, снова положив его на живот парня, стала медленно водить по бледной коже.

– Прошу, – умоляюще простонал несчастный.

– Да сколько, блядь, можно? – крикнул Петька и, схватив Юльку за руку, надавил со всей силы.

Кривое лезвие вошло в живот, выпустив тонкую струю крови, брызнувшую в маску Юльки. Парень истошно завизжал, а девушка, вырвав руку, отскочила в угол и закричала:

– Блядь! Блядь! Блядь!

– Ссыкуха! – сказала надменная женщина.

– Думаю, что она ещё научится, – возразила старуха. – Ты ведь научишься, милочка?

Юлька, продолжая рыдать, кивнула.

Парень продолжал вопить что-то нечленораздельное, и тогда Петька, крепко вцепившись в рукоять обеими руками, лезвием перемешал ему внутренности. Несчастный взвизгнул, застонал, из распоротого живота вырвалась струя алой крови, забрызгав потолок, Петьку, стены и монитор и, дёрнувшись, затих.

Юлька, подошла к креслу, трясущимися руками вырвала серп из кишок и, схватив причиндалы парня левой рукой, медленно отрезала.