Шрам

Каррианна некоторое время молча смотрела на нее.

– Некоторые какты так и не смогли приспособиться, – сказала она. – Отказывались, пытались бежать, нападали на стражников. Наверно, их убили. Ну а что до меня и моих товарищей… – Она пожала плечами. – Нас ведь спасли, так что с нами все обстояло иначе… Но все-таки и в самом деле было тяжело, и я чувствовала себя несчастной, тосковала по своему брату. Но, понимаешь, я сделала выбор. Я выбрала жизнь… Прошло какое-то время, и некоторые из моих попутчиков переехали из Сухой осени.

Один теперь живет в Шаддлере, другой – в Ты-и-твой. Но по большей части мы остались в квартале, который нас принял первым. – Каррианна занялась едой, потом снова подняла глаза. – Знаешь, это вполне возможно. И для тебя это место тоже станет домом.

Она хотела приободрить Беллис. Она старалась быть доброй. Но для Беллис ее слова прозвучали как угроза.

Каррианна рассказывала ей о кварталах.

– Ну, Саргановы воды тебе знакомы, – сказала Каррианна бесстрастным голосом.

 – Любовники. Любовники в шрамах. Сукины дети. Зубец часовой башни – о нем тебе тоже известно.

«Кварталы интеллектуалов, – подумала Беллис. – Как Барсучья топь в Нью-Кробюзоне».

– Шаддлер – тут обитают струподелы. Баск. Ты-и-твой. – Каррианна пересчитывала кварталы по пальцам. – Джхур. Дворняжник с его Демократическим советом. Этот отважный оплот. И Сухая осень, где живу я, – заключила она.

– Почему ты уехала из Нью-Кробюзона, Беллис? – неожиданно спросила она. – Что-то ты не похожа на колонизатора.

Беллис опустила глаза.

– Я была вынуждена уехать, – сказала она. – Неприятности.

– С законом?

– Так, случилось кое-что… – Она вздохнула. – Но я ничего не совершила. Совсем ничего. – Против воли она сказала это с горечью. – Несколько месяцев назад в городе началась эпидемия. И… пошли слухи, что к этому причастен один человек, которого я знала. Милиция начала интересоваться всеми его связями, всеми знакомыми. Конечно, они добрались бы и до меня. Я не хотела уезжать.

 – Она осторожно выбирала слова. – У меня не было выбора.

Завтрак, компания Каррианны, даже пустой разговор, обычно вызывавший у Беллис презрение, успокоили ее. Когда они поднялись, Беллис спросила Каррианну, как та себя чувствует.

– Я еще в библиотеке обратила внимание… – сказала она. – Надеюсь, ты на меня не в обиде, но мне показалось, что ты слишком бледная.

Каррианна лукаво улыбнулась.

– Ты в первый раз задала мне личный вопрос, – сказала она.