Сальватор. Книга II

– Теперь левое плечо вперед, марш! – сказал Жан Торо Туссену, занося графа в хижину.

Туссен не стал дожидаться повторения приказа и, прежде чем его приятель повернулся к нему спиной, вскочил на коня и помчался с такой скоростью, словно хотел завоевать первый приз Парижа на скачках.

Достигнув входной решетки замка, он увидел, что она заперта. Он уже приготовился перелезть через стену, но тут послышалось ворчание собаки и Брезил поставил обе передние лапы на стальную перекладину.

– Отлично! – сказал Туссен на своем овернском наречии, которое так не нравилось Жану Торо. – Если Роланд здесь, то, значит, и мсье Сальватор где-то неподалеку.

И действительно, вскоре он увидел вспышку света.

– А! – послышался чей-то голос. – Это ты, Туссен?

– Я, мсье Сальватор, я самый, – сказал Туссен с радостью. – Я привел вам лошадь.

– А ее хозяин?

– О, он в полной безопасности, поскольку находится в руках Жана Торо. Но в любом случае я сейчас же туда вернусь, будьте спокойны, мсье Сальватор! Четыре руки сохранят его в еще большей безопасности, чем две.

И, предоставив Сальватору возможность самому отвести лошадь на конюшню, Туссен, отдадим ему должное, ринулся назад с такой скоростью, что, если и не выиграл бы первое место на скачках, то вполне мог бы побороться за первое место в состязании ходоков.

Глава XXXVII

Где господин де Вальженез находится в опасности, а Жан Торо испытывает страх

Давайте посмотрим, что происходит в хижине на берегу реки, пока там отсутствует Туссен.

Жан Торо, введя, или, точнее, втащив Лоредана де Вальженеза в комнату, уложил его на время, связанного, словно мумия, на стоявший посреди комнаты длинный стол из орехового дерева. Этот стол и находившаяся в некоем подобии алькова кровать являлись основными предметами меблировки.

Лежа на столе, скрюченный и неподвижный, господин де Вальженез очень напоминал труп, приготовленный к вскрытию в анатомическом театре.

– Не волнуйтесь, дворянчик, – сказал Жан Торо. – Сейчас я закрою дверь, найду подобающее вам место и дам вам немножечко свободы.

Говоря это, Жан Торо запер дверь и принялся подыскивать, как он сам выразился, достойное место для своего знатного пленника.

Господин де Вальженез не отвечал. Но Жан Торо не обращал ни малейшего внимания на его молчание, находя его вполне естественным.