Восточный вал

И в германских, и в советских источниках «Регенвурмлагерь» еще иногда именуется «Мезерицким укрепрайоном».] сектора лагеря. Да и та совершенно секретная. Карты же всего лагеря, никто из нас никогда не видел.

– Так и должно быть, – жестко подтвердил фон Риттер. – Всей карты никогда не должен видеть даже я, комендант, притом что у меня подобная карта, несомненно, должна появиться.

Еще с минуту он молча рассматривал карту сектора, но, так ни черта и не поняв в хитросплетениях ее линий, пожал плечами, прохрипел нечто нечленораздельное и вышел.

– Попомните мое слово: все эти подземелья будут иметь смысл только тогда, когда появится столь же мощная укрепленная линия там, наверху, – проворчал фон Риттер, прощаясь с Энгеном и его бункерниками. – Только когда там, наверху, вся территория будет изрыта окопами и усеяна дотами.

– Но гарнизон каждого из подобных бункеров способен самостоятельно держать оборону, – мягко заметил адъютант Удо Вольраб, приходя на помощь сбитому с толку его словами оберштурмфюреру.

– Ничерта он не способен, – еще мрачнее парировал фон Риттер, уже не обращая никакого внимания на семенящего вслед за ними фюрер-раума. – Как только русские прорвут фронт над нашими головами, эти тоже побегут к Одеру. По подземельям нашим побегут, опасаясь оставаться в тылу врага.

– То есть вы считаете, что все, что мы здесь строим, – напрасный труд?! – ужаснулся самой этой мысли Ланкен.

– Труд не бывает напрасным, – проворчал бригаденфюрер, – напрасными бывают надежды, которые мы с ним связываем. Здесь нужно создавать гарнизон смертников.

– Хотите сказать: гарнизон зомби? – попытался уточнить Удо Вольраб.

– Я сказал то, что хотел сказать – гарнизон смертников. Добровольцев-смертников. Которые бы не только получили приказ защищать свою «СС-Франконию» до последнего патрона, последнего солдата, но и поклялись, что ни один из них не поднимется на поверхность «страны СС», пока на ней вновь не появятся германские войска.

– Зная при этом, что они уже вряд ли когда-либо там появятся, – криво ухмыльнулся адъютант.

– Лично я буду просить рейхсфюрера Гиммлера о создании именно такого гарнизона, – простил ему пораженческие настроения фон Риттер. – И к формированию его следует приступать немедленно, я вас спрашиваю, идиоты! – неожиданно взорвался он хриплым басом.