Непринужденный цугцванг

Здесь необходимо на минуту прерваться, чтобы объяснить незнающему читателю, что в те времена главной мировой столицей или, как её ещё называли – Welthauptstadt, являлся метрополис Внутренней Моголии – Улан-Батор, также, как в своё время этот почётный титул когда-то носили поочерёдно Вена, Париж, Лондон и Москва.

Ярким подтверждением этого феномена являлись такие артефакты нанокультуры, как знаменитые-фильм «Последний твист-хоп в Улан-Баторе» с Джуд Лоу в главной роли и роман Сладимира Ворокина, ставший мировым бестселлером – «Увидеть Улан-Батор и умереть», ставший культовым.

Даже модная тогда группа Queers посвятила этой теме свой феерический альбом “A Night in Ulan-Bator”, получивший за короткое время статус «платинового».

Одним словом, в Улан-Батор хотели все, как когда-то наши предки хотели жить на экзотическом Бали или в имперском Лондоне.

Кроме того, Улан-Батор входил в политический союз, известный своей нано-геополитической стратегией «Ось Востока», куда помимо него вступили Москва и Пекин для противостояния англо-американским интересам.

Боже, как ей захотелось выпить в этот момент чего-нибудь отрезвляющего и дарующего забытьё, например, янтарного китайского виски со странным названием «Гленморанжи», более известного в народе как «хрен моржовый». В него и правда добавляли при изготовлении моржовый хрен, рога марала и мумиё.

Но этому было не суждено произойти, так как в репродуктор назвали её имя, и два крепких амбала в балаклавах на голове потащили её в центр сцены, где в раскалённой печи одноглазый палач нагревал до красна страшное тавро SP-QR.

Наверное, так чувствовали себя покорённые римлянами галлы или германцы, ожидавшие нанесения на их тела рабского тавро.

Ах, приходилось ли вам, мой неизвестный читатель, когда-либо бродить в кромешной тьме, под проливным дождём, неприкаянным и одиноким, и думать о судьбе своего великого языка, засранного иноземными неологизмами и прочим лингвистическим мусором?

Именно этим были сейчас заняты мысли Люси, чтобы хоть на миг отвлечься от той жути, которую ей сейчас предстояло пережить. Скажем прямо, земля уходила у неё из-под ног.