Первый царь

Разве что глаза, которые были излишне красны. Но кто знает, может она убивается по покойному дедушке или плачет ночи напролет по возлюбленному?

– Чем же заинтересовал этот свиток столь прекрасную госпожу? – вопросил торговец с показным недоумением.

– О, почтенный Сид-Баранди! – ответила Олара, разыгрывая легкомысленную дурочку, увлеченную всякими безделицами. – Я собираю различные древности. Этот манускрипт замечательно смотрелся бы в моей коллекции!

– Не хочет ли прекрасная госпожа продать его? Могу предложить достойную цену!

– Возможно, возможно, – ответила Олара.

 – Мне нужны знания из этой книги, чтобы решить.

– Пожелайте, и я сделаю список на джерендийском, – учтиво предложил Сид-Баранди.

– Боюсь, я не могу оставить свиток, – повторила Олара с той же вежливостью. – К тому же я хочу сама прочесть его.

– Ты владеешь староджерендийским, моя светлая госпожа? – поразился антиквар.

– О, нет! Что ты, почтенный! – засмеялась она. – Но если бы кто-нибудь научил меня… Возможно, я оставила бы в награду этот свиток.

– Я не силен в преподавании наук, – вздохнул Сид-Баранди. – Зато я могу дать за манускрипт отличную цену!

– Увы мне, – Олара не переставала улыбаться. – Любопытство влечет меня в сторону от выгодной сделки.

Вести разговор такими намеками – в духе местных. Всем всё было понятно. И что Олара нашла или украла этот свиток, и знает о ценности содержимого, которое хочет заполучить. И что у Сид-Баранди есть на примете выход, но важность сделки понимает и он, поэтому, чует выгоду.

В том случае, если дело окажется настолько нечистым, что антиквара поведут в суд, он сможет с честным взором рассказать легенду, услышанную от Олары. Он присягнет, что догадка о предосудительности сделки даже не посещала его разум.

– Как жаль, – вздохнула женщина. – Придется оставить манускрипт в моем собрании без расшифровки, просто как вещь с загадкой.

– Может, ты подберешь в моей скромной лавке что-нибудь для своей коллекции? – лукаво улыбнулся антиквар. – Вот великолепный образчик древнего искусства!

– Да! – поддержала его Олара, рассматривая протянутую ей вазу.

 – Чудесная работа. И такая старая, ей лет полсотни, никак не менее!

Лавочник раскатисто расхохотался. Проверка была простейшей и удалась на славу. Перед ним стояла не случайная дурочка, а человек разбирающийся.

– Моя прекрасная госпожа, – обратился он к ней почтительно, отсмеявшись свое. – Я могу устроить тебе встречу с одним исключительным человеком.