Левый король

Стивакс метнул на него прожигающий взгляд, который старый воин выдержал с самым невозмутимым видом.

– Ты, молодой хозяин, смотришь со своей колокольни. Это дело обычное. Просто вспомни – из твоего блага прорастает чужая беда.

Услышать от подобного головореза строчку из Писания оказалось весьма неожиданно. Стивакс даже на миг смутился. Этим воспользовалась матушка дабы переменить тему.

– Богис, сынок, ты решил, куда подашься?

– В столицу. Попытаюсь пристроиться ко двору одного из графов.

– По стопам отца? – улыбнулась Шимизу.

– Проверенные тропы не подводят, – пожал плечами Богис.

– Дай-то солнце, – вздохнула матушка.

– Маловато стало графов, – снова влез в разговор одноухий. – На всех не хватает.

То ли он выпил больше других послужильцев, которые всё больше держали рот на замке, то ли обладал на редкость склочным характером.

– Что ты имеешь в виду, сударь? – обернулся к нему Богис.

– Да именно то самое, что сказал. Чуть ли не половину графств Его Королевское Величество превратил в области под управлением своих триумвиратов.

– Так уж половину? – не поверил юноша.

– Кабы не больше, – поддержал Стивакс послужильца.

– Знамо дело, прочие недовольны, – продолжил одноухий, и добавил, видя, что собеседники не поняли, к чему он клонит: – Быть большой крови. Уж помяните мои слова.

– Что же делать? – вырвалось у Богиса.

– Знамо дело, – ухмыльнулся одноухий. – Служить. А уж кому – тут надо выбирать.

– И кого бы выбрал ты? – полюбопытствовал Стивакс.

Вопрос был интересен и Богису, но брат опередил его.

– Короля.

– Левого короля? – изумился молодой хозяин Кадера. – Этого…

– Так! – оборвала его слова Шимизу. – Давай-ка, сынок, без лишних слов. Всё же он – король! Имей уважение!

– Я выбрал бы короля Горцелина, – повторил одноухий твёрдо. – Пусть никто никогда не видел его на поле битвы. Плевать, что он расточает привилегии не благородным сеньорам, а денежным мешкам и подлецам. Но, помяните мои слова, при ваших детях его правление будут называть золотым веком!

– Да-да! – рассмеялся Стивакс.

– Значит так и будет, – уверенно ответил одноухий.

– Что же тебя заставило так думать? – заинтересовался Богис.

– Его эдикты. Да, хоть бы даже один – о жестокости наказаний. Жаль, поздно вышел…

– Поздно для чего? – навострил уши Богис.

Хоть и пребывал он в основательном хмелю, а почуял некую интересную недоговорённость.