Искусство наследования секретов

Мной тут же овладело раздражение: только я почувствовала себя лучше! Не хватало снова повредить травмированную ногу!

«Ладно, справимся…»

Офис Хавера находился в темном конце проулка. Дверь была выкрашена в ярко-голубой цвет – словно для того, чтобы отгонять мрак. Пожилая женщина в чистой, светло-желтой блузе, впустила меня внутрь и жестом указала на два стула, приставленные к стене в крошечной комнатке:

– Он сейчас выйдет. Ему таких трудов стоило вернуться. Проклятые дожди! И столько дел накопилось…

– Могу себе представить.

Спасибо, – чтобы занять себя чем-то в ожидании, я вытащила телефон, но Wi-Fi не работал, а мобильный интернет обошелся бы мне в копеечку. И я убрала телефон обратно в сумку.

Пожалуй, имело смысл обзавестись местной симкой, если бы мне пришлось здесь задержаться.

– Простите, вы не подскажете мне – есть тут где-нибудь поблизости магазин электроники?

– В деревне нет. Вам надо съездить в Летчуэрт.

– Это далеко?

– Всего несколько миль. Примерно полчаса езды.

И в ожидании я предалась размышлениям – о том, что прочитала в сети о поместье. И о том, как долго мне придется ждать репродукции маминых картин и рисунков. Я уже получила по электронной почте уведомление о том, что они подготовлены к отправке. А Нэнси договорилась с мувинговой компанией о перевозке из дома вещей в складское помещение. Показ дома был намечен на следующее воскресенье, через неделю. Значит, в моем распоряжении была неделя, чтобы продумать очередные шаги. Я не горела желанием застрять навсегда в деревенской гостинице…

– Леди Шоу?

Я воображала себе Джонатана Хавера стройным, подтянутым, седеющим мужчиной в очках.

А моим глазам предстал человек крепкого, атлетического телосложения, с широкими плечами, на которых, как на барабане, была натянута ткань полосатой рубашки, и щегольскими усиками. Интуиция призвала меня к недоверию и, подчинившись ей, я тут же прониклась настороженностью.

– Рад, что мы с вами наконец-то встретились, – произнес Хавер.

– Я тоже, – пожала я протянутую руку.

Крепкое, выверенное и приличествующее обстоятельствам рукопожатие.

– Заходите. Вы, должно быть, ошеломлены всем этим.

– Это еще мягко сказано.

В кабинете Хавера царила зябкая прохлада, отсутствовали окна, а стены были выкрашены в ярко-голубой цвет. Это помещение совершенно не походило на офис успешного законника, но, возможно, я судила по меркам Сан-Франциско. А Хавер был всего лишь юристом небольшого городка.