Убийство русалки

Скансен – место в Амагере[16 - На острове Амагер во время действия романа также располагались отстойники, куда стекались городские сточные воды.], где казнят преступников. Обычно за самые жестокие убийства. Он снова вспомнил день, когда он присутствовал на казни. Три молодых человека, два парня и красивая девушка, – ранним утром им отрубили головы. Один выкрикнул прощальные слова, а девушка запела так красиво, что песню продолжили даже тогда, когда голова слетела с плеч.

– А что он сделал?

– Напал на одного из королевских привратников перед замком.

Наступила тишина. Ханс Кристиан прислушивался к голосу, который почти напевал свои стишки.

– Девушка в бочке, другая в купальнях,

Правда же в том, что дьявол в деталях.

– В купальнях… а дьявол в деталях, не так уж и плохо, – сказал Ханс Кристиан сам себе, почувствовав укол зависти. Бог ухмылялся ему везде, где бы он ни оказался. Всегда найдутся таланты, превосходившие его.

Старик встал на локтях.

– Безумец работал по ночам, опустошал городские писсуары, а иногда, по-видимому, и пил из них.

Ханс Кристиан видел этих людей, их видят все, кто не ложится допоздна. Они похожи на летучих мышей. Выходят, только когда все уже спят. Опустошают писсуары и уборные и везут это все в Амагер. Люди говорят, что большинство из них не умеют ни писать, ни говорить, ни думать, что только дураки без признаков интеллекта могут выполнять такую работу. Тем не менее эти вирши безумца лучше, чем у большинства поэтов.

Ханс Кристиан вернулся к окну. Он увидел, как по площади бежит мальчик.

– Эй, подмастерье, куда ты направляешься? – крикнул Ханс Кристиан.

Парень чуть не упал, когда обернулся на голос, и увидел, кто его позвал.

– Да, ты. Подойди сюда, паренек.

– Я не паренек, я девочка, – отозвалась она и подошла ближе. Она была коротко подстрижена, не так, как обычно ходят девочки. На голове шляпка, так что она была похожа на гимназистку. Ей, должно быть, лет десять, и у нее уже очень красивое личико.

– Хочешь заработать ригсдалер?

– За что?

– Сбегать по моему поручению.

– Мне нужно домой. А еще я обещала маме, что не буду разговаривать с незнакомцами. Особенно с арестантами. И останавливаться на улицах Адельгаде или Боргерсгаде[17 - Адельгаде (Благородная улица) и Боргерсгаде (улица Граждан) – основные улицы Нюбодера, серьезно пострадавшие после битвы за Копенгаген.