Птицы

Меняют обличия парки и рощицы,

дома, деревья, кусты,

люди, собаки, проспекты, площади,

линованные листы.

Синичка-мальчик с Рябиной-девушкой

странный ведут разговор.

Она покачивает макушкой

и молча отводит взор,

его слова не то что плаксивы,

просто полны тоской:

– Рябина, правда, вы очень красивы,

но я обещан другой.

А вы обещаны снегопаду.

Но знаете, кроме того,

мы очень разные, это надо

учесть наперёд всего.

Ваша судьба – чернеть и осыпаться

под тяжестью холодов.

Моя же – прыгать, чирикать, мыкаться,

в пространстве стальных садов.

Вы нравитесь мне, говорю без лести,

но, знаете, вместе с тем,

даже если мы будем вместе…

Послушайте. Я же вас съем!

Снег всё сильнее, но мокрые улицы

позиции не сдают.

Глотают снежинки грязные лужицы,

как будто из неба пьют.

Рябина, вздрогнув как от укола,

вздыхает и говорит:

– Что ж, все деревья давно уж голы,

а мой огонь всё горит.

Со снегопадом у нас, пожалуй,

что-то вроде родства.

Он укрывает меня одеялом,

холодным, как ваши слова.

Весной же снова я расцветаю,

отпив от его воды.

У нас не всё хорошо, я знаю,

но лучше уж так, увы.

Ах, что там, летите себе, синичка,

вы всё решили давно!

Знаете, есть ведь другие птички.

Для вас же – чьё-то окно

с рассыпанным на подоконнике хлебом,

знакомой яблони ствол:

ещё не родился тот под небом,

кто от судьбы ушёл.

А я простою ещё пару неделек,

тогда лишь гроздья мои

чёрными станут, как голый берег

какой-то чужой земли.

Хотя, всё равно б целиком, Синичка,

вы съесть меня не смогли.

Таким вот образом распрощались,

и вновь всё идет, как шло.

Он улетает туда, где ждали,

туда, где пока тепло;

она остаётся, конечно, на месте,

но даже не смотрит вслед.

И в этом, право, не много чести,

когда даже следа нет,

ведь снег побеждает этой порою,

следы замести спешит.

Проснёмся ли будущею весною?

Время решит.

Здесь могли быть твои драконы

Здесь могли быть мои драконы —

мысль отдыха не дает.

Вместо них – по полям вороны,

ты и осень. Вы с ней синхронно

пустошите моё житьё.

Из себя – не ретироваться.

Листобой потрошит сады.

Ты же, в кровь исколов все пальцы,

мой тенар растянув на пяльцах,

оставляешь на нём следы.

И ползут, задевая кроны,

как дредноуты облака.

Всё ушло, точно в тыл вагоны.