Завтра. Гром завтра. Солнечный восход завтра. Долгая дорога в завтра

Кусты кончились, и теперь склон покрыт только длинной сухой травой. Все мастерство Мальчиков не может остановить шорох этой травы, по которой они проходят. У Дикара пересохло в горле. Его лоб обвязан металлической лентой. Вчера во время долгого пути через лес Уоштон рассказал ему, что способен сделать пулемет.

Он легко коснулся Биллтомаса, ползущего рядом. Биллтомас остановился и лежал неподвижно. Шорох, который создавал Карлбергер, тоже прекратился. Дикар медленно поднял голову, так что его глаза оказались выше травы.

Запах азиафриканцев, остановивший его, исходил из каменного пулеметного гнезда, расположенного на склоне. Он видел стволы, торчащие из прорезей в круглой стене. Видел также светлый желтый квадрат – дверь.

Уоштон сказал ему, что если кто-нибудь из солдат в одном из этих дотов почувствует опасность, на дверь опустят железный занавес, холм ослепительно ярко осветят, и пулеметы разразятся дождем пуль. Дикар и его путники умрут, но что еще хуже, тревога будет передана в крепость. Сотни солдат проснутся и неожиданное нападение на Вест Пойнт будет сорвано.

– Ваш единственный шанс, – объяснил Уоштон, – проникнуть внутрь дота и убить всех солдат в нем, прежде чем они поймут, что происходит.

* * *

У Мальчиков было два преимущества. Азиафриканцы надеялись на линию часовых перед собой, но из-за того, что только что произошло, никакого предупреждения они не получат. И Мальчики ползли в траве, издавая не больше шума, чем ветер над их головами.

Они шумели даже меньше, чем ветер, когда снова двинулись по сигналу – прикосновению Дикара.

Пугающий запах захватчиков был в ноздрях, но звуки, приходящие с запахом, не голоса, а только такие, какие издают люди во сне.

Свет стал ярче. Дикар поднял голову. Он увидел саму дверь. Встал, вошел в дверь, увидел спящих и скорее почувствовал, чем увидел, что Мальчики вошли вместе с ним. Один их азиафриканцев зашевелился. Он поднял голову, и его маленькие свирепые глаза посмотрели прямо в глаза Дикара.

Рот солдата раскрылся для крика. Нож Дикара перерезал черное горло. Еще один зашевелился, начал вставать и осел: нож Дикара был глубоко в его груди.

Дикар высвободил оружие и повернулся, чтобы встретить нового врага. Но на койках и на полу дота лежали лишь окровавленные трупы. Два других Мальчика, обнаженная кожа которых в красном, с ножей капает кровь, смотрели на Дикара.

– Мы… мы сделали это.