Немая пуля

Я полагаю, что этот человек страдал аневризмой сердца, автор или, скорее, подделыватель двух документов, которые я показал, по одному из которых он или она должны были извлечь большую выгоду из смерти мистера Бисби и основания предполагаемой школы в отдаленной части страны – уловка, если вы помните, использованная по крайней мере в одном известном деле, за которое осужденный преступник теперь приговорен к пожизненному заключению в Синг-Синге. Я попрошу доктора Лесли взять этот стетоскоп, осмотреть сердца всех присутствующих в комнате и сказать мне, есть ли здесь кто-нибудь, страдающий аневризмой.

Кальциевый свет перестал шипеть. Один человек за другим проходил обследование у комиссара здравоохранения. Было ли это просто моим воображением, или я действительно слышал, как сердце билось дикими скачками, как будто оно хотело разорвать узы своей тюрьмы и сбежать, если это возможно? Возможно, это был всего лишь двигатель машины комиссара на подъездной дорожке кампуса. Я не знаю. Во всяком случае, комиссар молча переходил от одного к другому, даже своими действиями не выдавая того, что обнаружил с помощью стетоскопа.

Ожидание было ужасным. Я почувствовал, как рука мисс Бисби непроизвольно судорожно сжала мою руку. Не нарушая тишины, я дотянулся до стакана с водой, стоявшего рядом со мной на лекционном столе Крейга, и протянул его ей.

Комиссар склонился над адвокатом, пытаясь получше подогнать стетоскоп к ушам. Голова адвоката тяжело покоилась на его руке, и он сидел в неудобной позе в тесном кресле лекционного зала.

Казалось, прошла целая вечность, пока доктор Лесли смог настроить стетоскоп. Даже Крейг почувствовал волнение. Пока комиссар колебался, Кеннеди протянул руку и нетерпеливо включил электрический свет на полную мощность.

Когда свет залил комнату, на мгновение ослепив нас, крупная фигура доктора Лесли встала между нами и адвокатом.

– Что вам говорит стетоскоп, доктор? – спросил Крейг, выжидающе наклонившись вперед. Он был так же не готов к ответу, как и любой из нас.

– Это говорит мне о том, что суд более высокой инстанции, чем суд Нью-Йорка, вынес решение относительно этого поразительного преступника. Аневризма лопнула.

Я почувствовал, как на мое плечо легла мягкая тяжесть. В конце концов, в "Стар" не было этой истории. Я пропустил величайшую “сенсацию” в своей жизни, увидев, как Эвелин Бисби благополучно добралась до своего дома после того, как оправилась от шока, вызванного разоблачением и наказанием Денни.