Бодлер Ш. Избранное. В переводе Станислава Хромова

ПРОДАЖНАЯ МУЗА

Любовница придворной суеты!

Пурга январская заносит все дороги,

Тоскливо ветер воет на пороге,

Погас камин, и снова зябнешь ты.

И лунным светом ночью греешь плечи.

Вино все выпито – где ж мир лазурный тот,

В котором жизнь по-новому пойдет,

И фея золотом осыплет наши речи.

Кругом разврат, бессонница, тоска,

Молитва ради жалкого куска —

Церковным служкой трешься у амвона,

То донага раздета пред толпой,

Ты скачешь в безысходности слепой

Сквозь слезы у редакторского трона.

СКВЕРНЫЙ МОНАХ

Светились Истиной иконы в темном зале,

Что были писаны за совесть – не за страх,

Благочестивых стен тогда оберегали

Покой и красоту в святых монастырях.

Ростки учения всевышнего – монахи,

Отжив в трудах, ложились в эту твердь,

И голову склонив на смертной плахе,

Они в душе благословляли Смерть.

А мне мой гроб – душа, и жизнь моя – могила,

Соседствует всегда божественная сила

С пустой обителью вселенских вечных мук,

Воздвигну ль я на этом гадком месте

Чудесный храм с мечтой вместе —

Творение моих извечно праздных рук?

ВРАГ

Я помню молодость лишь в сумраке грозы,

И редкий луч, прорвавшийся сквозь тучи;

В саду давно залило борозды,

А дождь все лил и лил с небесной кручи.

Пришла пора осенних размышлений,

И снова надо грядки боронить…

Из ям с водой воскреснет сад осенний —

Из ям, в которых можно хоронить.

Кто знает, к радости поднимутся ли снова

Цветы из этого раскисшего покрова,

Что соком вод проточных напоен?

О, горькая судьба!

Вся наша жизнь случайна,

И враг ее высасывает тайно,

НЕУДАЧА

О, подари мне высший свет,

Сизиф – твой дух велит мне жить,

Чтоб мог я труд свой завершить!

Искусство вечно, время – нет.

И потому к гробам земным

От тех гробниц, что их чудесней,

Летит мой дух, и вслед за ним

Мотивы погребальной песни.

Они забытые в глуши,

Хранят с тоской не для забавы

Во тьме сокровища души;

В обители пустынной травы,

Как тайну сладостной отравы,

Льют чудный аромат в тиши.

ПРЕДСУЩЕСТВОВАНИЕ

Я жил когда-то в царственном дворце…

Тянулись всюду колоннады в небо —

Он представлялся гротом мне волшебным

В лучах заката, в солнечном венце.

Я слушал, как вздыхает океан,

Какую музыку вечерний шум прибоя

Уносит в небо ало – голубое,

Цветами радуги чудесной осиян.