Саша. Маленькие повести

Но Ольга не слышала его и не откликнулась. Кричала и кричала, что есть мочи о своей потере. То ли рада была, что отмучилась, наконец, то ли правда он ей так дорог. Даже жаль стало её немного. Вот ведь до чего довел бабу, балбес.

– Эй! Вытащите меня отсюда… Хватит уже голосить-то. Я тут весь замерз, – собравшись с духом, прокричал Николай.

После этого возгласа, Ольга удивленно выпрямилась, переменилась в лице и, наклонившись над колодцем, спросила скороговоркой:

– Так ты жив ещё, антихрист?

– Да жив – жив, кажись… Вытаскивайте меня отсюда, чего встали.

Последовало недолгое молчание, в течение которого Ольга поправила сбившийся платок, вздохнула, а потом сказала, то ли Васе, то ли сама себе, но вполне серьезно:

– Вот ведь, хорошие-то люди мрут, как мухи, а этому – хоть бы что!

– Радоваться надо, – отозвался из колодца Николай.

– Ты… не ушиб ничего? – спросила жена.

– Нет вроде. Шея только немного побаливает. И всё.

– А голова?

– Чего голова?

– Голова-то не болит?

– Так ведь я не на голову падал – на задницу, – уточнил Николай, тихонько хихикнув.

Между тем Вася бросил Николаю веревку, тот схватился за её худыми руками, крикнул: «Тени давай!» – и они с Ольгой потащили его наверх… Через пару минут он уже стоял перед ними, улыбающийся и довольный. И Ольге показалось, что так будет всегда. Из любого положения Николай выйдет целым, здоровым и невредимым. Такая у него натура, такая у него судьба.

– А я, знаете, вчера домой-то пошел и заплутал немного, – стал пояснять Николай. – Калитку какую-то обнаружил, начал её открывать. Еле открыл. Думал, что это проход на улицу… Потом ступил дальше-то – и полетел черт знает куда… Кажется, ударился там обо что-то, отключился. Так и проспал до утра.

– И не холодно было тебе? – осведомился Вася.

– Да не так чтобы.

– Молодец, – зло похвалила жена.

– А я, дурак, второй год с этим колодцем вожусь, и доделать никак не могу, – оправдался Вася.

– Если б не Вера – сидел бы ты тут до вечера, – вставила Ольга.

– А что Вера?

– Подсказала, где тебя искать.

– Талант у человека, – подтвердил Рашпиль.

– Это какая Вера-то? – заинтересовался Николай.

– Да Ивана Голенищина дочь.

– А. Хорошая девка… Базарная.

– Только странноватая немного.

– Ничего. Для нашей деревни в самый раз.