На зубок. Сборник рассказов

Не знаю зачем, скорее всего, интуитивно ждал какого-нибудь знака, а увидел силуэт Тинико. Пытаясь понять, она это или обман чувств, пробовал вылезти из топи. А потом вяло пополз к земле, надеясь: учительница подтвердит, что я не самоубийца.

Когда она подбежала, я почти выкарабкался, только закоченели руки и переохлаждение дало о себе знать, но мне подумалось, что нужно вести себя как ни в чем не бывало. Глупо, видок у меня был тот еще. Тинико натянула на меня свой плащ и тараторила без умолку. Нос у нее раскраснелся, а голос от раза к разу срывался, полагаю, она очень старалась или меня не обматерить, или не разреветься.

В любом случае я решил, что эти минуты стоит просто пережить, потому сидел на земле и пялился в лес. В какой-то момент она выдохлась и попросила достать из плаща сигареты. Я подал ей одну и попросил позвонить папе, чтобы не беспокоился.

Тинико говорила ему про то, что забыла очки и потому вернулась, а тут я. И что он за отец такой, раз оставляет подростка в таком состоянии без присмотра.

Огонек сигареты рыжим подсвечивал ее скулы, и мне подумалось, что ее кожа просто не может существовать без солнца.

– Почему вы не уехали? – спросил я.

– Я же сказала, что забыла у вас очки.

– Я про север. Почему вы не вернулись домой?

Она посмотрела на меня озадачено.

– Когда мы заявление писали, я ваши имя-фамилию узнал. Стало интересно, кто вы и так далее.

– У меня здесь работа и квартира. Это и есть дом.

– А мне говорят, что дом там, где тебя ждут и ты хорошо себя чувствуешь.

Вот потому я и здесь.

– Родители правы.

– Это не родители. Они, – я обвел рукой вокруг, – они о двоедушниках заботятся получше мамы. Хотя я не всегда понимаю, что мне хотят сказать. Ну, не смотрите вы так! Одна душа для людей, другая для леса. Вот теперь и удельница для меня нашлась. Сама не показалась, только свой удел. Здесь, я так понял, раньше ржаное поле было. Интересно, как давно оно стало болотом… Наверное, ей грустно, – заметил, что Тинико с силой сжимает губы. – А вообще это всего лишь штуки из подсознания и все такое.

Не зря ж я в психдиспансере на учете. А можно мне тоже сигарету?

Она поморщилась, но решила не читать нравоучения, и, когда я закурил, спросила:

– А папа? “Они” заботятся лучше, чем папа?

Я не нашел что сказать и пожал плечами.

– А это, видимо, он и есть, – Тинико указала на тень, мелькающую среди деревьев. – Как быстро нас нашел.

– Он такой, да, – я поспешно затушил сигарету и пошел навстречу.