Развилка. Поэмы и были

Я растерялся, не успел

Сфотографировать косого,

Большого, шустрого такого,

Что был беспечен или смел.

Во мне осталось лишь одно:

Он распростёрся над землёю,

Как меховое полотно,

Едва не порванное мною.

Исчез стрелой, ничто вокруг

О беглеце не вспоминало.

Лишь я в траве увидел круг —

Ни много это и ни мало.

Но стал невольно размышлять

О светло-сером, длинноногом.

И неба вековая гладь

Позволила узнать о многом.

Ни тучи не было на нём,

Ни облака в глубокой сини,

А солнце праведным огнём

Выравнивало чёткость линий.

Беглец! Такая вот судьба

Легла на сердце и на плечи

И господина, и раба,

И суходола, и далече.

Как заяц, он бежал на юг,

Петлял, берёг свою свободу

От лишних гроз, ненужных вьюг,

Писал, работая до поту,

Со злом – об окаянных днях

Да о любви – с большой любовью.

Не кое-как, не второпях

И с недоверьем к суесловью.

Был академиком не зря,

Причём на деле – самым строгим.

Подстепь, как ясная заря,

Не отдала другим дорогам

Его перо и зоркость глаз,

Его успехи и печали.

Не слава в книги пролилась,

А желчи думы накачали.

В стране богатой бедно жил,

Едва сводя концы с концами.

И не до жиру – где он, жир?

Слова не золотом бряцали.

Держал в Париже суходол

Да прежней жизни буераки,

И с ними до конца прошёл

Все испытания во мраке.

И заяц долго проживёт,

Недавно проявивший резвость.

Ведь он, спасая свой живот,

Над лугом прыгал, как над бездной.

    1991

РОБКОШ

(поэма)

Лишь только розы отцвели —

Весна ушла с лица земли,

А дочь её осталась,

Почувствовав усталость.

Она красавицей слыла,

Как роза росная, цвела,

И ей навстречу – лето,

Всё женихом одето.

Красавица забыла мать,

Легла в тенёчке подремать.

Шумит вокруг полянка,

Но крепко спит Веснянка.

Румянец на её щеках,

Цветочек в девичьих руках,

Рассыпались тут косы,

Летают пчёлы, осы.

И надобно случиться так,

Что мимо шествовал чудак:

Он был простак опасный,

Весь от загара красный,

Как исполин среди осин,

Бессмертного Кащея сын

И Робости-дворянки.

Он около Веснянки

Стал тихо, словно истукан,

Лихой, свирепый великан.

Робкош – такое имя

Никем непобедимо.

Смотрел он долго на лицо,

Заметил на руке кольцо,

Задумался, пригнулся,

Чему-то улыбнулся.