Лагерь

– Маруся, а ты замуж выйти хочешь?

– Нет.

– А чего?

– Да, на фиг, мне?! На этом жизнь сразу и заканчивается. Я вот поживу, буду делать все, что хочу, а лет в девяносто, пожалуй, выйду!

– А как же секс?

– А что, секс только замужем?

– И это правильно! Секс – это когда хочешь! Вот я, например, сейчас очень хочу!

– Это не со мной!– вроде бы весело ответила Маруся, – но на всякий случай

отодвинулась.

Андрей шутливо обнял Марусю, повалил ее на траву и лежа лицом к лицу, веселым шепотом спросил:

– Почему?

– Андрюх, отстань! – уже всерьез забеспокоилась Маруся.

– Ни, за что! – пообещал Андрей, и прижал Марусю к себе.

– Ну, все! Правда, Андрюш! Ну, пожалуйста!

Но жара и ощущение тонкого женского тела, которое он держал в руках, распалили Андрея.

Возня двух тел принимала не нужный оборот. Рука Андрея лихорадочно рыскала между твердо сжатых ног девушки, а Маруся билась под Андреем, пытаясь удержать его руку.

Но стринги – не великая защита и треснув, тесемка порвалась, чтобы в ту же секунду, впустить ворвавшийся туда член.

Маруся вскликнула и неистово заколотила кулаками по спине Андрея!

– Дурак! Идиот! Ты что наделал?!

– А что? – Оторвался от нее, не ожидавший такой реакции, Андрей.

Маруся, как-то сразу обессилено затихла, и слезы полились по ее разгоряченному борьбой лицу.

– Маруся, ты что?! – опешил Андрей.

Она столкнула его с себя и, перевернувшись лицом в траву, отчаянно заревела.

Андрей встал, подтягивая шорты.

– Маруся, – тихо и ошарашено спросил он, – это что? Там кровь!

Маруся, не вытирая слез, вскочила, и швырнув в кусты порванные стринги, закричала:

– Дурак! Я же тебя просила! Если не понял – я еще девочка! Была! Но вот не так, я думала, это будет! Не на грязной земле с потным козлом! И помчалась через кусты к лагерю.

… Вечером у старшего тренера Жанны Евгеньевны, молодой миловидной женщины, сидела Маруся.

Подружкам рассказывать было нельзя – тут же разнесут по всему лагерю. Носить это в себе было тяжело, хотелось кому-то по-настоящему высказать, выплакать, и получить утешение.

Симпатичная всем, еще не очень далеко ушедшая от них по возрасту, она единственная из всех тренеров походила больше на старшую подругу, а не надзирательницу.